Книга Улыбайтесь - вы в Египте!, страница 187 – Елена Серебрякова

— Теперь я понимаю, почему все мужики тут прилюдно чешут яйца! Побреют свои заросли вот таким «Лордом» — и все! Хочешь, не хочешь, а горит, колется, щипет! Положи этот ужас назад! — посоветовала Лане опытная Милка.

— Почему же? — не согласилась Ирина. — Наоборот! Возьми побольше. Я вот Ашрафу тоже возьму… Хи-хи!

…Обратно такси мчалось на всех парусах. Водила закладывал такие виражи, что сердца трех уходили в пятки.

— Формула уан!!! — зажмурилась Ирусик на очередном резком повороте.

— У него движок от «Феррари», что ли? — Гадала Милка, придерживая многострадальные очки без дужек.

Обгоняя очередную машину, ненормальный арабский водитель с восторгом кричал «Банза-а-а-ай!» — так в начале пути опрометчиво подбодрили девочки: «Все русские — заядлые любители быстрой езды и во время обгона кричат «Банзай!», что значит «Как я его уделал!». Мила и Ирина продолжали изредка орать вместе с водилой, а не участвовавшая в общем веселье единоличница слабо пищала:

— Бабы, мы не доедем…

Они доехали. Таксист с шиком притормозил перед дверьми лобби, подняв тучу пыли и истошно взвизгнув тормозами.

— Фух… Я уже мысленно со всеми попрощалась.

— Ага! Особенно когда он грузовик обгонял! Там одно колесо с его раздолбанный «Пежо»! Вильнул бы и тогда точно — звездец котенку…

— Я номер записала, — сообщила всем Милка.

— Зачем? Мы рожу этого Шумахера на всю жизнь запомнили.

— Даже если он останется последним на свете шоферюгой, я к нему не сяду. Пойду пешком! — пообещала Ирина, открывая дверь своего номера ключом. — Хотя было классно! Столько адреналина…

Девочки решили всем скопом завалиться к Нонне, поговорить, отвлечь, показать покупки… Ирина, шурша пакетами, первая ломанулась в комнату, крича:

— Нонк! Зря не поехала! Мы были на формуле… уан… — запнулась она, увидев картину «Не ждали…»: на Нонкиной белоснежной простыне лежал, прикрываясь одеялом, черный, как смоль, красавец-Муди…

В офигевшую Ирину по слепоте своей влепилась с разбегу Милка и моментально превратилась в столб с косо сидящими очками. Лана протиснулась последней и тоже застыла, продолжая глупо улыбаться.

— Ты… ты что тут делаешь? — наконец вымолвила Ирусик.

— Лежу. Не видно? — нагло и с премерзкой улыбочкой ответил Клоп.

Из ванной слышался шум воды и тирольские песни лидера коллектива. Муди, как ни в чем ни бывало, закурил сигарету. Мила хлопала ресницами и шмыгала носом, пытаясь подбросить наверх очки, а Лана начала икать.

— Уведи ее отсель! — приказным тоном сказала Ирина Милке. Та медленно повернулась и взяла вздрагивающую от иков под руку:

— Лан, а что ты думаешь о завтрашней погоде? Мне кажется, будет дождь… — начала она движение к двери, выворачивая голову, дабы хоть краем глаза подсмотреть, как развиваются события. Ланка послушно поплелась за Милкой, продолжая икать и глупо улыбаться.

— Ты чего творишь-то, мудозвон?

— А что? Она меня сама позвала.

— А про Лану ты подумал?

— А что Лана? Мы скоро поженимся…

Иринка со злостью кинула пакеты с косметикой Клопу в лицо:

— Иди отсюда, Мудя… Быстро! А не то я позову секьюрити, Юсефа и Тарека.

Клоп опять заулыбался:

— Да я с удовольствием уйду. Но мне надо одеться.

— Ты, как я вижу не стеснительный. А если беспокоишься обо мне… — она схватила разбросанное по полу исподнее Клопа и вышвырнула в коридор, — одевайся там!