Онлайн книга «Улыбайтесь - вы в Египте!»
|
Муди стянул с кровати простыню, замотался и неторопливо пошлепал на выход. Дверь ванной открылась и оттуда выплыла благоухающая Нонка с тюрбаном из полотенца на голове: — Ты куда? — промурлыкала она. Клоп, не отвечая, чмокнул ее в щеку и кивнул головой с сторону Иринки, стоящей, как памятник грозному Феликсу, сложив руки на груди и сверля парочку недобрым взглядом. — Приветик! — приторно-весело сказала Нонна. — Ты совсем ох…ела, да? — Фу! Какие выражения… — У Клопа Ланка!!! Ты забыла?! — Значит, Лана найдет себе другого… — она показушно зевнула и включила телевизор, — Муди сказал, что она глупая, как пробка. И в сексе мертвая. Он и так собирался с ней порвать скоро. — Сука ты, Нонк… — сплюнула Ирина. — Мало ли, чего он там сказал! Это их дело: Ланы и мудака. Тебе не хрен туда — влезать! Чего и кому ты доказываешь, секс-бомба наша? Сидевшая в соблазнительной позе фаворитки султана Нонна устало вздохнула, сняла тюрбан из полотенца и обреченно ткнулась в него лицом. Плечи подрагивали… — Забудь про Али… — уже мягче сказала Ирина. — Один! Всего один-единственный из миллиардного населения Земли тебе отказал! Но у него есть уважительная причина — он женат! Все. Закрой эту тему. Ищи другого! Тут этого добра, как говна! Не успеешь моргнуть, как оно рядом, облепило уже и хрен отскоблишь! Но не трогай девок, которые живут с тобой бок о бок, едят и пьют из одной посуды, спят рядом и все о тебе знают. Нонка плакала, уже не скрываясь. — Кто тебе Клоп? Никто! А вот с Ланкой тебе еще работать и жить в этой стране, где только мы рядом с тобой! Так что… дорогая наша, П…да Ивановна, перед Ланкой придется извиниться. — Я дура… — промямлила Нонка. — Точно дура! Почему я такая никчемная? Почему такая несуразная, глупая и невезучая? Все корни наших бед — из детства… Иринка закатила глаза в потолок и, досчитав до пяти, заговорила: — Ты знаешь… Только сегодня узнала… В Египте обнаружили очередную древнюю пирамиду. — Да ну! — Нонка вытерла слезы. — Ага. Прямо археологическая сенсация. Все газеты кричат, что пирамиде этой несколько тысяч лет и сохранилось все на диво замечательно. — Надо же! — Так вот в этой пирамиде нашли много интересного и одним из важнейших артефактов был саркофаг с мумией фараона. Когда саркофаг открыли, в жопе древней мумии торчал папирусный свиток, где был написан целый трактат про твое трудное детство и какая ты никчемная. — Тьфу! — сплюнула Нонка. — Я-то уши развесила… — Итак, мораль: иди в сад и не зуди мне про твое детство! * * * Мила и Ирина сидели за своим любимым столиком в кофе-шопе. Ирина пила пятую чашку кофе, а Милка складывала из салфетки кораблик. — Ты заметила? Она не тронула твоего Ашрафа и Стасика не подцепила, хотя так мне его рекламировала. — Я тоже рекламировала, — ответила Ирина. — Если бы я знала тогда о реальных похождениях нашего наивного до безобразия «рыжика»… — Стасика неинтересно окучивать. Оно ничье. Херушка нас за километр обходит. Волосья отращивает. Ей бы Клопа или Психа, чтобы доказать — она всех милей, румяней и белей. Что стоит только свистнуть — все побросают своих баб и к ней перебегут. — Ага! Зато Али она заколебалась свистеть! Художественным свистом с трелями. — Вот поэтому и бросилась на Мудю. Ашрафа трогать боязно, там — ты… А Ланка наша — мямля… Интересно, как они сейчас там общаются? |