Онлайн книга «Улыбайтесь - вы в Египте!»
|
Но Лана, терзаясь своими соображениями, продолжить не дала и поведала, что Ашраф был не в себе, выдал про давнюю симпатию к Лане, пожалел об ее отношениях с Клопом, признался, что Муди, по его мнению, чистый мудак, не дававший Ашрафу приблизиться к своей мечте. Мила давно забыла про мондиаль и спортивные достижения русских, открыла рот и сидела, как истукан, ловя ворон. Очки съехали, как всегда, на бок, а сигарета истлела дотла… Потом Ашраф так страдал без Ланочки, что попытался успокоиться в объятиях Ирины, но не смог. И вот теперь, когда Мудя свалил к своей Хельге, открыты все дороги, все пути! Вот он я, дорогая Лана! Бери меня со всеми потрохами изумрудного свойства! — Я, говорит, шесть месяцев ждал этого момента. И полез целоваться… — смущенно договаривала Лана. Мила же закрыла рот, чтобы открыть его снова: — Ну и? — Ну и поцеловались… — Ты что?!! — зашипела Милка. — Дура совсем? Тебя же Ирусик во второй раз дефлорирует за такие дела! — А что я? Он сам пришел! Сам полез… Не драться же… — Знаешь что, подруга… — Мила решительно поднялась. — Надо рассказать Иринке. — Я боюсь! — Целоваться ты не боялась! Пошли! Дверь открыла Нонка. — А Ирусик где? — строго спросила честная и справедливая Мила. — В кофе-шоп за пепси помчалась. Джозеф нам маленькую бутылочку виски презентовал! Чтобы не загнулись от расстройства за свою державу… — довольно хихикала Нонна. * * * …Она не могла поверить своим глазам: у бассейна сидел Псих с какой-то рыжей дамой, держал ее за руки и вообще был полон заинтересованности. «Это еще что такое?» — спросила сама себя Ирина и заказала бармену четыре бутылки пепси, продолжая наблюдать за парочкой. Ашраф наклонился и чмокнул рыжую в щечку. «Ни хрена себе!..» — Ашраф! — крикнула Иринка. — Можно тебя на минутку? Она сжимала в руках бутылки и ждала, пока Псих вальяжно и нехотя доковыляет до кофе-шопа. — Кто это? — Как кто? Туристка. Зовут Николь. — Это я понимаю… А что мы тут сидим и целуемся? — Это был дружеский поцелуй! Почему такие вопросы, а? — Я сейчас тоже пойду кого-нибудь чмокну по-дружески, — предупредила Иринка, наблюдая, как Псих потихоньку превращается в нервнобольного и не может стоять спокойно: руки и ноги Ашрафа так и неслись в пляс. — Ирина, иди домой! Я с тобой потом поговорю… — А я не хочу с тобой разговаривать. Чего ей от тебя надо? — Сегодня ночью к ней постучался в дверь номера хаускипинг и потребовал секса! Представляешь, какое позорное пятно ложится на отель?! Она испугалась и позвала меня. Ясно теперь? — Нет. Не ясно. Почему позвала тебя, а не секьюрити? — Что за вопросы? Кто ты такая, чтобы задавать вопросы? Я на работе! — Знаю я вашу работу! Иди! Продавайся, проститут… Псих задохнулся и точно бы взорвался каким-нибудь интересным ругательством, но фрау Николь вовремя вмешалась, сексуально пробасив: — Майн херц! Ком цу мир, майн херц! Псих потрусил к столику с извинениями «Иншульдиген зи битте!», а Иринка быстро удалялась к корпусу контрактников, прижав к себе бутылки. «Майн херц! — передразнивала она Николь. — И этот туда же, сволочь…» Злая, как сто собак, она зашла в номер: — Где вискарь? — Туточки, — услужливо подала ей «Блэк лэйбл» Мила. — Иринк, ты выпей. Тут Лана тебе что-то сообщить хочет… Она подтолкнула подругу детства к Ирине и уселась рядом контролировать разговор. Ланка, зажавшись и еле мямля, выдала недавнюю историю посещения своей персоны гражданином Психом. Попыталась промолчать про поцелуй, но Милка резво вдарила кулаком по ноге, призывая говорить все, без утайки. Ирина, узнав много нового и интересного за сегодняшний день, тихо спросила: |