Книга Тайна Карты вечности, страница 35 – Эвелин Бризу-Пеллен

— Час пробил! Извольте следовать за мной, месье.

Какой ещё час? Снова загадка!

Рауль постучался в дверь Клеа, и ему она через несколько минут открыла.

Похоже, взрыв, который она обрушила на меня, пошёл ей на пользу – она успокоилась. Рауль протянул ей вторую свечу.

— Час пробил. Извольте следовать за мной, мадемуазель.

Я сразу напустил на себя вид искушённого старожила, откинул назад голову и молча подстроился к шагу Рауля – уж мне-то, мол, всё давно известно, хотя я понятия не имел, что происходит. По скрипу половиц сзади я догадался, что Клеа идёт за мной следом. От одной этой мысли я чувствовал жар в спине. Клеа впервые согласилась выйти из комнаты, и это меня окончательно убедило, что происходит что-то из ряда вон выходящее.

Доктор Граф дожидался нас в холле вместе с другими пациентами, все держали в руках свечи. Леонид был при полном параде: шлем, поножи, в руке щит, меч на поясе. Поверх красной туники он надел металлическую кирасу^[6]. Её как будто специально для него делали: налицо каждый мускул его могучей грудной клетки. Ужас какой-то! Надо держаться от него подальше.

И мне это удалось без всякого труда – все выстроились за Раулем в каком-то особом, неведомом мне порядке (по росту? по дате прибытия? по роду болезни?). В общем, мы с Клеа оказались в самом конце. Рауль шёл первым с большим барабаном, за ним доктор Граф, потом Леонид, потом все остальные.

Я старался не смотреть на Клеа и держался на почтительном и безопасном расстоянии.

Рауль начал бить в большой барабан палочкой с пластиковым наконечником. Бум! Бум! Бум! Знак, что пора трогаться в путь.

И мы тронулись. Отправляясь, все как-то странно загудели – у-у-у-у – на одной низкой ноте. Ну настоящий фильм ужасов, честное слово!

Мы маршировали вдоль и поперёк по холлу и всё время глухо гудели. Впечатляюще. И очень действовало на нервы. У-У-У-У-У-У!.. Шествие сумасшедших, не иначе. Двенадцать раз вдоль, двенадцать поперёк. Я будто угодил в секту. Мда-а, родители постарались. Думаю, им пришлось немало потрудиться, чтобы суметь меня сюда пропихнуть. Передо мной шагали смертельно серьёзные кузнечики. Интересно, чем мы тут все занимаемся? Потом шествие изменило направление. Теперь мы начали подниматься по лестнице. И все по-прежнему гудели на низких нотах, а Рауль бил в большой барабан.

Я почувствовал, что кузнечики вздохнули с облегчением после того, как мы покинули холл, воспользовался тем, что по лестнице мы поднимались медленно, и тихонько спросил:

— Это всё зачем?

— Ночь страшных опасностей, – ответил шёпотом Пол.

Ладно. Но вообще-то немного странно.

— И часто тут такое происходит?

По выражению лица Пола я понял, что уже не в первый раз. Потом он от меня отвернулся, дал мне понять, что больше не хочет отвечать на мои вопросы. Зато мне ответил Андре.

— Раз в год, – пробормотал он сквозь зубы.

Страх – вот, что пронизывало эту странную церемонию, и он вцепился и в меня всеми своими когтями. Теперь я видел угрозу в каждой тени, что шевелилась на стене от света наших свечей. На площадке Леонид свернул в коридор. Он, в самом деле, кажется, не боялся, но выглядел озабоченным. Мы прошли вдоль коридора, куда выходили наши комнаты, свернули в другой, потом ещё в один.

Меня всё больше корёжило. «Опасные» не участвовали в церемонии, но я словно чувствовал их присутствие и боялся, как бы мы на них не наткнулись в каком-нибудь углу. Тем более что я замыкал шествие. Да ещё с совершенно непредсказуемой девицей. В общем, я шёл и всё время оглядывался.