Книга В черной краске становишься черным. Том 2, страница 121 – Юй Сы

— Отлично выглядит, – неискренне похвалил Се Юньци. Халат как халат, без узоров и вышивки, такой носят босяки и отшельники.

Скупец Мо самую капельку был рад бесплатному халату, поэтому благосклонно кивнул, не замечая лжи.

— Благодарю.

На его губах мелькнула тонкая улыбка, и Се Юньци пожалел, что не сказал больше.

— Так что же тебя так радует? – Проклятый даос не собирался его отпускать.

— Уничтожение зла, разумеется, – с серьезным видом отозвался Се Юньци. – Я счастлив, что безжалостный наместник запада ответит за свои преступления. А вы нет?

Мо Хэ поджал губы.

— Убийство – это не выход. И, торопясь, не съешь горячую кашу^[139].

— Вам, должно быть, странно здесь находиться спустя столько лет, – сказала Гу Вэньвэнь.

Мо Хэ бросил на нее взгляд и задумчиво вздохнул. И правда странно. Это было тягучее, болезненное чувство родства и чуждости, страха и волнения. Хотя прошло триста лет и ничто в Огненной пустоши больше не напоминало о Шаньцзю. Даже дворец Владыки демонов после гибели Дэ Цзэшаня исчез, будто его и не бывало, и лишь жалкие крохи его изобретений разошлись по миру. Никто из ныне живущих не знал, как целый дворцовый комплекс мог провалиться сквозь землю. Люди болтали, что его испепелил даочжан Сюаньи или он запечатался в скрытом пространстве, но никто не знал правды. И даже Мо Хэ не подозревал, где он, но ему было не интересно.

Последний раз он пришел сюда убить. Теперь… он снова явился убивать. Будто посланник Янь-вана. Сердце Мо Хэ сжалось, и он на миг прикрыл глаза, прогоняя наваждение. Те времена остались в далеком прошлом, и Мо Хэ не хотел бередить старые раны.

Выражение лица Мо Хэ стало пустым, и Се Юньци почувствовал досаду из-за этой девицы.

— Какие ордены уже прибыли? – резко сменил он тему.

— Сяньшань, Гуйби здесь, Чэньси вот-вот, – сказала Гу Вэньвэнь.

Мо Хэ едва ощутил толику благодарности к своему второму ученику, как в следующее мгновение тот сказал:

— О, значит, мы скоро встретимся с родным орденом Учителя? Со своими шишу, шибо и шигу?^[140]

Лукавый взгляд заставил Мо Хэ снова вздохнуть.

— У меня есть лишь один бывший шиди, глава Чэньси, – спокойно проговорил он. – Однако я давно отделился от ордена, поэтому…

— По правилам, он все равно номинально считается нашим шишу, разве нет? – невинно спросил Се Юньци. – Значит, нас ждет не самая приятная встреча? Но разве во всем мире не говорят, что даочжан Сюаньи – член Чэньси?

Мо Хэ промолчал, сохраняя немного достоинства своему шиди. Сто лет назад он действительно проявил мягкость и не стал публично разрывать отношения, поэтому номинально Вэнь Цзеши оставался его шиди, а сам Мо Хэ – членом ордена Чэньси. Но… объяснять это ученикам – все равно что, распутывая нить, еще сильнее ее запутывать^[141].

Се Юньци понял, что от этого каменного истукана ничего не добьется, поэтому отвернулся, рассматривая заклинателей. Ничто на свете – даже угрюмое лицо Мо Хэ, хотя, подождите, оно как раз радовало Се Юньци, – не могло его расстроить сегодня. Какой это был чудесный день: с утра Третий господин говорил с Сяо Шэ, и тот сказал, что они уже просматривают свитки в библиотеке и обратились ко Второй старшей госпоже за помощью. Казалось, что в жизни Се Юньци наступила светлая полоса, и он даже позволит этим вонючим людишкам потоптаться по его будущему домену. Потому что он великодушный совершенномудрый правитель.