Книга В черной краске становишься черным. Том 2, страница 76 – Юй Сы

Лу Цзюнь залился смехом, и даже Лу Си неловко улыбнулся и тут же снова надулся, будто улыбаться – это совсем не по-мужски.

За разговором они довольно быстро добрались до юго-западной части города, где среди высоких стен и узких переулков находилось главное поместье Лу. Оно ничуть не уступало по размаху чиновничьим и знатным резиденциям, находившимся на этой улице: такие же высокие, будто неприступные, белые стены, ворота с золотой табличкой, на которой выгравированы иероглифы «Поместье Лу». Говорили, что эту табличку пожаловал когда-то предку клана сам император – а может, и вовсе какой-то бессмертный. Как бы то ни было, дерево давно потемнело от старости, но золото регулярно подновляли. Под табличкой висели медные фонари с резными оленями, а на страже стоял караул. Если проезжать мимо, то и не догадаешься, что здесь проживал Великий заклинательский клан из гор Хуашань.

Поместье было построено очень давно и пожаловано императором, но в прежние годы члены клана Лу редко останавливались здесь, предпочитая тихую горную обитель. Теперь же, имея под своим управлением школы и лечебницы, аптекарские лавки и дома призрения, многие члены клана выбирали путь помощи простым людям в качестве своего Дао и так совершенствовались. Многое поменялось с древних времен, и, как бы ни ругал Се Юньци праведных заклинателей, они стали гораздо ближе к смертным, чем раньше.

По крайней мере, такой лекарский клан, как Лу.

Когда повозка въехала во внешний двор, Мо Хэ подобрал полы халата и выбрался наружу. Се Юньци не последовал за ним сразу, но его Учителю было все равно. Мо Хэ размял затекшие от долгого сидения плечи и шею, а затем обернулся на остальные повозки и… успел увидеть грандиозное появление Лу Уюэ.

Тот хотел элегантно сойти на землю, но задел полой длинного верхнего халата перекладину, с трудом удержал равновесие, спрыгнул вниз и в процессе умудрился зацепиться за что-то рукавом. В результате он больно шлепнулся на колени, но тут же подскочил и прочистил горло, оглядываясь. Убедившись, что никто не видел этого позора, Лу Уюэ скривился и согнулся, потирая ушибленные колени, и в этот момент поднял глаза, наконец увидев смотрящего прямо на него Мо Хэ. Тот покачал головой и потер рукой лоб, а после отвернулся, делая вид, что все это ему только померещилось. Лу Уюэ прошептал заклинание, очищая свои белые штаны от грязи, пока его ученики высаживались.

Затем он степенно подошел к Мо Хэ.

— Синьчжи, я думал, что ты быстро закончишь и пересядешь ко мне. Я даже приготовил немного вина и закусок, чтобы скрасить поездку. – Лу Уюэ наморщил нос, с неудовольствием рассматривая друга. – Чем ты занимался?

— Учил, – коротко отозвался тот, наблюдая, как подоспевшие слуги начинают разгружать скарб, а к нему идет Гу Вэньвэнь. – Не против, если мы задержимся у тебя на несколько дней?

— Оставайтесь до зимнего солнцестояния, – предложил Лу Уюэ, но без особой надежды. Надежда направлялась к ним бодрой походкой и остановилась перед мужчинами.

— Учитель, я узнала, что в день зимнего солнцестояния в Чанъане намечается такое! Мы же можем немного задержаться? – Большими умоляющими глазами она посмотрела на Учителя.

Тот повернул голову и заметил точно такой же взгляд у, казалось бы, взрослого Лу Уюэ. Мо Хэ отвернулся и увидел, как из повозки вылезает Се Юньци: растерянный, покрасневший и какой-то взъерошенный, будто только что лохматил волосы и тер щеки.