Книга Рывок в будущее, страница 31 – Владимир Бабкин, Виталий Сергеев

Разумовский покачал головой.

— Петр. Это огромные деньги. Где их взять? Дед твой царственный почти разорил Россию войной и строительством Петербурга.

— Видел цифры убытков от наводнения и расходы на восстановление?

Хмуро:

— Видел.

— Если мы построим город по плану 1737 года, то однажды мы разоримся. А если вдруг война, то столица придет в полный упадок и нам придется возвращать ее в Москву.

— Там тоже топит.

Киваю.

— Топит. Но не так. Хотя и для Первопрестольной нужно меры принимать.

Алексей вздохнул.

— Хорошо, я поговорю с Лисавет еще раз.

— Спасибо, Леш.

Как там? Ночная кукушка всегда перекукует дневную? Тут суть та же.

Ем остывающую картошку. Действительно проголодался.

Разумовский переменил тему разговора.

— Ладно, так что думаешь о поселениях в Патагонии?

Пожимаю плечами.

— А я откуда знаю? Даст бог, живы. Может, до будущего года индейцы и испанцы их там не перебьют.

— Вижу, ты все так же хмуро смотришь на эту затею.

— Да, Алексей, энтузиазм Адмиралтейства мне не по душе. Особенно в части мифических заморских территорий. Тем более тех, которые никому не нужны. Колонию мы так далеко не сможем организовать, тем более снабжать и защищать. Вторая экспедиция – прекрасно. Офицеры и моряки получают бесценный опыт дальних походов. Это нужно и полезно. Но… Вот, например, Беринг открыл нам и миру Аляску. И что? Что дальше? Холодные пустые земли, в которых ничего нет, кроме пушнины. Как кормить там фактории? С Большой земли не навозишься. Ледовитый океан проходят суда за два сезона. Портов на Тихом океане у нас нет, да даже если бы и были. Россия огромна, но не имеет ни одного незамерзающего порта вообще нигде. Какая тут торговля и снабжение колоний? Да и населения лишнего нет.

Кивок.

— Да, Петр, это так. Но ведь так было всегда. Однако Русь-матушка расширялась всегда. Это у вас в Европах…

Вопросительно смотрю на него. Тот тут же поправляется:

— У них, в Европах, стран много, народу много, все толкаются боками. Расстояния маленькие. А у нас? Год скакать – не доскачешь!

— Да. И в наших сибирских землях один русский на тысячу верст.

Разумовский горячо возразил:

— Ну и что с того? Всегда так было – русские добытчики и казаки шли за Урал, осваивались, брали в жены местных девиц. Оседали. Местные учили их, как тут выживать. Если не убивали сразу, конечно. Но тут уж как сговоришься с местными. И так верста за верстой. Амур освоим. Порт на Тихом океане построим. А там есть где развернуться!

— Леш, при всем уважении, наших за Уралом горстка. На Амуре и у океана еще меньше. А китайцев и маньчжур просто прорва там. Пока они внутри себя не перегрызутся, вроде нашего Смутного времени, мы там ничего не сможем сделать. Да, не спорю, надо быть готовыми. Но Аляска и Америка в целом? Не знаю. Слишком широко шагаем. Штаны бы не порвать. Нам народ кормить нечем даже в самой коренной России.

— Ты ж создал Императорское Вольное экономическое общество? Собрал в Петербурге крупных землевладельцев, даже выступил на учреждении сего. Не ты ли говорил, что единственный выход – повышение урожайности и приплода скота? Улучшение почв, развитие хлебной торговли и прочее разведение пчел? Что нужно перенимать лучшее друг от друга и от науки? Своей и европейской?

Непонимающе смотрю на него.