Онлайн книга «Наследник двух корон»
|
любови вечной на земле!.. Все молчат. Даже кубки не поднимают. Романус отвернулся. Вытирает глаза. Есть видно, что уже юноше вспомнить. Не то что здешнему мне. Поворачивается, молча наливает кубок. Поднимает его. И выпивает залпом. Офицеры отмирают и повторяют за ним. Корнет уходит. Потихоньку и остальные встают. Поздно. И мне пора уходить. Брюммер вот, наверно, давно уже третий сон видит. КОРОЛЕВСТВО ШВЕЦИЯ. ГЕЛЬСИНГФОРС. ПОКОИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕГО. 22 августа (2 сентября) 1742 года — Маркиз, вы уверены в предстоящем деле? – Карл Эмиль Левенгаупт потер виски. — Граф, я уверен, что это ваш единственный шанс вырваться из мышеловки! Карл пристально посмотрел на собеседника. Вот жук. Ему при любом исходе все сойдет с рук. Самому же Левенгаупт, как командующему, головы не сносить… — Русские тоже устали, генерал, и если у вас будет их наследник, то Ласси ничего не останется, кроме как вашу армию без капитуляции в Або пропустить, – произнес де ла Шетарди спокойно. — Времени мало, посол, вы успеете вернуться до рассвета? – почти смирился с неизбежностью командующий. — Если ваши люди будут сноровисты, то успеем, – вернув ответственность шведу, обнадежил француз, – я проведу их в русский лагерь в своем эскорте, а при молодом Карле у меня свой человек есть. Жак-Иоахим Тротти сам не был во всем уверен. Он обратно с лазутчиками не вернется. Но и в лагерь кирасиров не пойдет. Не будет там у него и французского офицера, чтобы шведскими головорезами руководить. Они вроде люди опытные. Но мало ли как сложится. Русские его, конечно, как посла и посредника сейчас не тронут. Шведов же в случае гибели не жалко. Да и русско-шведского наследника. России это предаст хаоса. А шведы быстро смогут его на следующего в очереди Готторпа заменить. С французской помощью. Но таких крайностей не хотелось бы. Людовик XV смерть юного голштинца маркизу простит, а вот милосердия русской императрицы может в этот раз на Шетарди не хватить. — Что же, маркиз, тогда не буду вас задерживать, с Богом! – Левенгаупт махнул рукой, давая понять, что и французу пора уходить. КОРОЛЕВСТВО ШВЕЦИЯ. ОКРЕСТНОСТИ ГЕЛЬСИНГФОРСА. ЛАГЕРЬ КИРАСИРСКОГО ПОЛКА. 23 августа (3 сентября) 1742 года Брюммер храпел в нашей палатке. Вот как под такие рулады заснуть? Впрочем, я его видно разбудил. Отто встал и куда-то потопал. Наверно, вернуть в природу выпитое пиво. Нацепил шпагу, дагу взял, значит, не только пиво на свободу просится. Ну и хорошо, долго, значит, не будет – смогу уснуть. Только свет факела через стенку палатки проникает. Но часовой бдит. Ему освещение положено. Располагаюсь, шпага справа, бебут слева. Пистоль не заряжаю. Кремневый же. Отсыреет до утра. Ложусь. На краешке сознания слышу какую-то возню за палаткой. Ну мало ли. И шепот. На шведском! Прислушиваюсь. Медленно и неслышно встаю. Факел, бывший при караульном, светит откуда-то с земли. Странно. Надеваю тихо камзол, сапоги. Беру шпагу в левую, а бебут в правую руку. Мне так сподручнее. Думаю, как лучше поступить. Откидываю полог и вылетаю из палатки. Сбиваю в темноте кого-то. Может, Брюммер возвращался? А я тут… — Полундра! – ору, отбивая летящую на меня сеть. Шпага путается в ней, но бебут рубит и дает отскочить. Цел. Но с моей полусаблей много не навоюешь. |