Онлайн книга «Император из двух времен»
|
Дойдя до стоявшего у броневой двери стального монстра часового, Иван представился: — Специальный корреспондент Телеграфного агентства России и Ромеи Иван Никитин, вот моё служебное удостоверение. Часовой окинул мельком бумагу и кликнул дежурного офицера. С ним картина в целом повторилась, с той лишь разницей, что офицер никого кликать не стал, а указал Никитину на стоявшего поодаль полковника, недобро разговаривавшего с неким заплывающим жирком господином в белоснежном железнодорожном кителе. Остановившись для приличия в нескольких метрах от говоривших, Иван, тем не менее, прекрасно слышал их разговор, поскольку говорили они весьма на повышенных тоннах, явно враждебно относясь друг к другу. Круглый железнодорожный господин раздраженно выговаривал полковнику: — Вам, милостивый государь, предписано обеспечивать нашу безопасность! И вот перед самым отправлением я узнаю, что бронепоезд не на ходу! Это чёрт знает что, милостивый государь! Полковник огрызался: — Бронепоезд на ходу. Но, по независящим от нас причинам, случилась поломка на водонапорной башне, и мы не получили достаточного количества воды для паровоза. Поломка устранена, и мы уже принимаем воду, так что через четверть часа мы сможем развести пары. Круглый буквально взвизгнул: — Четверть часа! Бог ты мой, четверть часа! Да мы отходим через семь минут, милостивый государь! Извольте закончить прием этой вашей воды раньше! Офицер отрицательно покачал головой: — Вы, господин Арбузов, как человек, носящий форму железнодорожника, сами должны понимать, что если в котле паровоза будет недостаточно воды, то мы просто взорвемся в пути! Я и так приказал наполнять только до минимально необходимых значений! Задержите отправку буквально на десять минут! Ничего с пассажирами не случится! Господин в белом кителе заявил с неописуемым апломбом: — «Дальневосточный экспресс» никогда не отклонялся от графика ни на одну минуту! И пока я обер-кондуктор поезда, этого при мне не случится, милостивый государь! Мы отправляемся строго по расписанию, а по прибытии во Владивосток я подам рапорт! И посмотрим, что скажет ваше начальство, когда получит нагоняй из Москвы! Арбузов развернулся и покатился по перрону, перекатываясь на своих коротеньких толстеньких ножках. Полковник лишь припечатал его вслед одним-единственным словом: — Дурак! Но тот катился дальше, уже ничего не слыша, да и не желая ничего слышать. Смирнов в сердцах сплюнул, а затем, обратив взор на Никитина, спросил недружелюбно: — Вы кто и что вам надо? Иван представился. — Специальный корреспондент Телеграфного агентства России и Ромеи Иван Никитин, вот моё служебное удостоверение. Но полковник лишь бросил: — Я занят. И куда-то поспешил вдоль перрона. — Хм… Этот нечленораздельный звук стал яркой иллюстрацией недоумения прибывшего из самого Города гостя. Тут ударил станционный колокол, и прогуливающиеся господа с дамами заспешили занять места в своих вагонах. Обер-кондуктор дал свисток, паровоз дал протяжный гудок, и игравший легкую музыку станционный оркестр заиграл невесть почему «Прощание славянки». В клубах пара отошел от станции «Дальневосточный экспресс», и его сверкающие вагоны застучали колесами, унося пассажиров к океану. Минут через пять появился на перроне спешащий полковник Смирнов. К нему тут же подскочил с докладом дежурный офицер и принялся что-то эмоционально объяснять. Командир бронепоезда прервал его объяснения и что-то жестко приказал. Офицер коротко козырнул и бросился исполнять приказ. |