Онлайн книга «Император из двух времен»
|
Тут подбежал дежурный и доложился, что запасы воды пополнены и всё готово к отправке. Полковник кивнул, отдал несколько приказов, и военная машина завертелась. Еще через пару минут «Меч освобождения», тяжело стуча своими стальными колесами, покатил вслед давно исчезнувшему с глаз «Дальневосточному экспрессу». ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА Херберт Дэвид Кроли[68]. «Новая республика», № 5 за 1920 год. Нью-Йорк (печатается по: Х. Д. Кроли «Письма о России», пер. с англ. М., 1932) Письмо первое: «Возвращение надежды» Мои читатели знают насколько тяжелым были последние годы для редакции «Новой республики»[69] и всего нашего движения. Болезнь, которую в мире зовут американской, забрала в самом расцвете сил моих соредакторов Рудольфа Борна и Уолтера Вейла, судьба лишила нас и нашего лидера – Теодора Рузвельта[70]… Казалось, все события идут против нашего прогрессивистского дела. От этих напастей я стал уже сомневаться в праведности наших убеждений, как наша учредительница госпожа Дороти Пейн Уитни[71], так же потерявшая мужа от мировой инфлюэнции, пригласила меня в Константинополь, на всемирную конференцию прогрессисток. Как человек, чья мать всю жизнь боролась за женские права, воспитывая и во мне к этому справедливому делу солидарность, и как журналист, я не мог отказаться. Глупо было не воспользоваться представившимся случаем развеяться и посмотреть на город и страну, о которых так много говорят в последние годы. Не буду утомлять вас прелюдиями, пароходы, с учетом класса кают, все одинаковые. Направляясь за океан я, конечно, рассчитывал не на короткую прогулку. Сам по себе съезд женщин, собравший в одной зале и супруг правящих монархов, и известных благотворительниц, и социальных активисток из обеих Америк и Евразии, был событием. Но о нем, как и последовавшей грандиозной свадьбе нашего миллионера Вандербильта с племянницей правящего в России монарха[72], я напишу в другой раз. А пока остановлюсь только на общих впечатлениях, складывающихся от моей продолжительной поездки, и отмечу реакцию на злобу дня. Начну с Константинополя. Город древний, со своим колоритом, но за последние два года приобретший современный цивилизованный вид. Собственно, уже в первые часы пребывания там начинаешь проникаться этой странной атмосферой происходящих изменений, этим движением в будущее. При всем этом движении прошлое не разрушается революционным порывом: оно подпирает собой и вплетается в меняющееся и ускоряющееся время, органично переходя из средневековья в наш электрический век. И это чувство наполняет по всему пути по Ромее и России. Далеко не на каждом проезжаемом полустанке перроны были освещены лампами Эдисона, а убранство и удобство вагонов практически везде контрастировало с видимым за окном, но дух этот – дух прогресса – встречал нас на каждой станции… СЕВЕРНАЯ МАНЬЧЖУРИЯ. БРОНЕПОЕЗД № 15 «МЕЧ ОСВОБОЖДЕНИЯ». 26 апреля 1920 года — Немедленный доклад, как только «Экспресс» окажется в поле зрения наблюдателей. — Слушаюсь, господин полковник! Офицер исчез, и на пару минут воцарилось тягостное молчание. Они сидели в закутке командира бронепоезда. Полковник Смирнов был всё так же хмур и напряжен. Наконец он спросил: — Итак, чем могу помочь Министерству информации? Последние два слова он специально выделил, и Иван не смог понять, чего тут было больше – капли уважения или моря свойственного военным презрения к всякого рода цивильным штафиркам. Пропустив пока мимо ушей это обстоятельство, Никитин деловито заговорил: |