Онлайн книга «Император из двух времен»
|
В свою очередь промакиваю губы и интересуюсь: — И как впечатление? Несколько смущенная улыбка. — Мне понравилось. Киваю. — Уверен, что в Звездном лицее вам понравится ещё больше. Там столько всего, из чего можно пострелять. Да и вообще… Правда, бойцы? Мишка и Гошка активно закивали, не отрываясь от еды. Я внутренне усмехнулся. Всё ж таки лицей накладывает отпечаток на поведение. Казалось бы, сыновья императора. Но казарменная жизнь в Звездном лицее вырабатывает привычку есть, когда дают, и во время приема пищи не тратить время на пустые светские разговоры. И судя по промолчавшей и активно жующей Джанне, это общее свойство лицеистов. Тут появился мой адъютант полковник Качалов, который склонился над моим ухом. Выслушав сообщение, я кивнул, промокнул губы, аккуратно сложил салфетку и лишь после этого позволил себе подняться из-за стола. — Прошу высокое общество меня простить, неотложные дела. Надеюсь вновь присоединиться к столь приятному обществу в самое ближайшее время. Нужно ли говорить, что «в самое ближайшее время» я к «столь приятному обществу» не присоединился? ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. МОСКВА. ПЕТРОВСКИЙ ПУТЕВОЙ ДВОРЕЦ. КАБИНЕТ ЕГО ВСЕВЕЛИЧИЯ. 26 апреля 1920 года — Ну, князь, и как это понимать? Как так получилось, что тщательно выверенная операция, которая должна была стать блестящим воплощением интеллекта и изящества, вдруг обернулась резней и горами обезображенных трупов? Я уж не говорю о сгоревшем дотла дорогущем поезде, что само по себе несущественная мелочь на фоне понесенного в связи с этим урона международному авторитету России. Кто будет вкладывать деньги, если мы не можем обеспечить безопасность? Князь Емец-Арвадский стоял навытяжку, «ел глазами начальство», являя собой образец воинского чинопочитания, верноподданнического служения и полного восторга от того, что он получал сейчас выволочку от САМОГО ОБОЖАЕМОГО ГОСУДАРЯ! В конце концов, мне это надоело. — Так что, князь? Я просто жажду услышать ваши пояснения на сей счёт. Емец щелкнул каблуками. — Ваше императорское всесвятейшество и величие! Принимаю на себя всю полноту ответственности за провал операции. Прошу принять мою отставку с поста главы ЭСЕД и отдать меня под трибунал. Тяжело смотрю на него, сидя в своем кресле. Едко замечаю: — Может, вас докторам показать? Голову проверить? Вы же явно не в себе! Вы носитель таких тайн и секретов, что захотите в отставку – можете сразу идти и пускать себе пулю в висок. Оставив вдовой прекрасную жену и лишив империю одного из лучших руководителей разведок мира. Запомните, Анатолий, вы будете служить там, где я скажу, столько, сколько я скажу, и даже на пенсии вы будете оставаться в моей обойме. Вам всё ясно? Вновь щелчок каблуками. — Так точно, ваше императорское всесвятейшество и величие! — Хорошо, если так. Оставьте свои мелодраматические фантазии на тему отставки, стреляться будете в другой раз, и то, если такова будет моя воля, милостивый государь. И дайте, в конце концов, мне пояснения относительно того, что случилось и как это всё произошло. Итак? Присаживаться я не предложил, так что он так и стоял передо мной навытяжку. — Государь! Цепь нелепых случайностей, которые невозможно было спрогнозировать, привели к трагическим последствиям и фактическому провалу операции в оговоренном заранее виде. |