Книга Империя. Тихоокеанская война, страница 211 – Владимир Бабкин

Выдающийся подвиг совершен нашими авиатрессами. Экипаж бомбардировщика, в котором воюет как борт-стрелок юная великая княжна Анастасия Николаевна вместе со своими товарищами по знаменитому авиаполку «Ангелы Богородицы», в очередной раз бомбил 24 декабря Токио. В этом вылете один из наших бомбардировщиков был сбит. И экипаж, в котором воюет великая княжна, совершил посадку на японскую территорию, чтобы забрать своих товарищей.

Подпоручик Романова в течение получаса отбивала из своей двадцатимиллиметровой спаренной авиапушки Беккера – Дегтярева атаки превосходящих сил японцев, усиленных танками. Своим метким огнем великая княжна подбила вражеский танк и уничтожила до десяти противников, дав товарищам время подобрать всех раненых и тела убитых членов экипажа сбитого русского бомбардировщика. Несмотря на ранение и большую потерю крови, Анастасия Николаевна продолжала вести огонь, пока их бомбардировщик не взлетел и её не сменила авиатресса из спасенного экипажа.

За дерзновенный и беспримерный подвиг подпоручик великая княжна Анастасия Романова, вместе с членами её экипажа, представлена к Золотой звезде Героя Ордена Святого архистратига Михаила с досрочным производством в очередной воинский чин.

ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОМЕЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. МАЛЫЙ ИМПЕРАТОРСКИЙ ДВОРЕЦ. 27 декабря 1921 года

Сэр Дональд Маклин не был бы министром иностранных дел, если бы не был в душе дипломатом. Он был вежлив и любезен, но твёрдо держался линии правительства, невзирая ни на что.

— Ваше императорское величество, нашему правительству крайне прискорбно знать, что некоторые обстоятельства, инспирированные врагами обеих наших держав, отрицательно сказываются на отношениях между нашими странами.

Интересуюсь:

— Вы же не впервые в Константинополе?

Степенный кивок.

— Да, мне приходилось бывать в этом городе.

— И как вам перемены?

Неопределённо:

— Весьма разительны.

— Так вот Лондон делал всё возможное, чтобы мы никогда здесь не оказались. Даже воевать пришлось, не так ли?

Неопределённый жест.

— Это мировая политика, не всегда всё подчиняется нашим желаниям. Но мы всячески стремимся к сотрудничеству и добрососедству между нашими народами. Уверен, что и правительство вашего всевеличия хочет поддерживать дух добрососедства между Россией и Соединенным Королевством.

— Я уверен, что город Мельбурн и округа станут прекрасным нашим форпостом в южном полушарии.

ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОМЕЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. МАЛЫЙ ИМПЕРАТОРСКИЙ ДВОРЕЦ. 27 декабря 1921 года

Появление генерала Качалова не сулило ничего хорошего. С чего бы мой адъютант появлялся на сцене во время моей аудиенции министру иностранных дел Великобритании? Значит, новость слишком уж горяча, чтобы её держать в руках, ожидая окончания встречи.

Руки обжечь можно.

Абсолютно невозмутимо, но и не извиняясь перед гостем (обойдётся, не царское это дело извиняться перед всякими паршивыми министрами), протягиваю руку к листу сообщения.

Пробегаю глазами текст. Дико и многоэтажно матерюсь. Про себя, разумеется. Совершенно спокойно, сохраняя покер-фейс, киваю Качалову, отпуская того, и вновь возвращаюсь к сэру Маклину.

— Мельбурн целиком в нашей власти, как и вся округа. И мы там можем находиться сколь угодно долго. Да, вы нас можете ограничить в ресурсах, но каждый лишний день нашего пребывания там будет дорого обходиться вашему правительству в плане общественного мнения и впечатления вашего бессилия, которое вы будете производить на другие державы. Упадок, закат империи, он, знаете ли, из таких вот мелочей и состоит. В принципе вроде ничего страшного по отдельности, но в системе… А, смею предположить, что у Великой Британии и так предостаточно проблем. Настолько предостаточно, что некоторые злые языки уже употребляют эпитет «некогда Великой Британии».