Онлайн книга «Империя. Тихоокеанская война»
|
Впрочем, пустое. Вот новая папка с донесениями и аналитической запиской. На папке размашисто написано: «Совершенно секретно. Организация движения вооружений и припасов. Код 067». Коды от 60 до 90 – это поставки из Германии. Эшелон за эшелоном. Пушки и гаубицы Круппа, крупповская же броня и корпуса бронетехники. Пулемёты всех калибров, патроны и снаряды, тушенка, германские сапоги и ботинки для частей спецназначения, самолеты, катера-торпеды, просто торпеды, морские мины разных разновидностей и классов, гранаты, даже пикельхельмы и те щедро отгружались на самый что ни на есть Восточный фронт. Точнее даже дальневосточный. Эшелон за эшелоном. Товарные и пассажирские. Помимо огромного количества военной помощи из Германии шли поезда с личным составом – военными советниками, специалистами по техническому обслуживанию и ремонту немецкой техники, вагоны с рембазой, с запасными частями и узлами, вагоны с «добровольцами», которых направлял рейх на эту далёкую для них войну. Официально Германия в войне не участвовала, но хотела извлечь из неё максимум, в том числе помимо испытания новой техники и практического боевого опыта. Например, иметь свой интерес и тайный голос при подведении итогов войны. Немцы очень хотели получить назад Циндао и Марианские острова в Тихом океане. Конечно, стратегия, избранная Берлином, была предельно безопасной. Нейтралитет почти гарантировал рейх от прямого столкновения с Японией и Британией, а боевой опыт, получаемый «военными советниками», был бесценен. Впереди ещё не одна война. И лишь самолюбующийся дурак почивает на лаврах прошлых баталий. Ну, а Циндао и острова – это лишь приятный приз, позволяющий Германии всунуть ногу в щель двери, которая вновь откроет рейху доступ в Юго-Восточную Азию. Да, кайзер заявил, насколько это было известно Николаю, что особого интереса у Берлина в расширении своего присутствия в этом регионе нет, но это ведь политика, как говорится, было бы сказано. А пока германские эшелоны идут на Дальний Восток и в Маньчжурию. Один за другим. ЯПОНСКАЯ ИМПЕРИЯ. СЕВЕР КОРЕЙСКОГО ПОЛУОСТРОВА. 1 ноября 1921 года Две машины синхронно ударили куда-то за холм, в сторону леса. Миномётные мины и заряды из автоматического гранатомёта били фактически по площадям, создавая больше суету и панику, чем нанося противнику реальный болезненный ущерб. Хлопки разрывов раздавались на полянке и вокруг неё. Засевший в кустах на вершине холма подпоручик Егоров наблюдал в бинокль за суетой в лесу. Видно, понятно, особо ничего не было, листья ещё толком не опали, а хвойные вообще не собирались «линять», но по ряду признаков можно было делать выводы. Делать и сообщать их по полевому телефону на позиции. Что ж, в конце концов их задачу можно было описать словами: «Сунуть палку в муравейник». Или в осиное гнездо, если угодно. Все бегают, все заняты. Гул моторов им не слышен. ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. ТАМБОВ. ОСОБНЯК ГЕНЕРАЛ-ГУБЕРНАТОРА. 1 ноября 1921 года Иван Христофорович Макей-Рождественский изволил пить чай. Любил он это дело. С самоваром, баранками и прочим вареньем. Много раз он подчеркивал, что настоящий русский патриот обязательно должен пить чай из самовара, и все гости генерал-губернатора знали об этой особенности губернского начальства. Более того, нельзя было и подумать о том, чтобы не то что не явиться на чаепитие, но даже где-то в кулуарах проявить недостаточную верноподданность и чувство патриотизма, свою безусловную готовность ночей не спать ради общественного блага, а уж фраза «Честь в Служении на благо Отчизны» просто не сходила с уст Ивана Христофоровича. |