Онлайн книга «Империя. Терра Единства»
|
Но это перегибы, которые случаются почти везде, где наступает анархия, а у некоторых индивидуумов на руках оказывается оружие. Вообще же, мне американцы нравились. Они почти как русские. Не зря же мы столько десятилетий были самыми злейшими врагами. Я несколько лет прежней жизни жил в Америке, в Нью-Джерси. Но я не стал американцем. Хотя я их психологию прекрасно понимаю. Но, как известно, самая жестокая конкуренция – внутривидовая. И не подумайте, что меня там как-то обижали и я за это решил сбросить на них Бомбу. Просто так получилось. Без лишнего фанатизма и ненависти. Просто я не хотел, чтобы они потом сбросили атомную бомбу на Москву. Если вы думаете, что обошлось бы, я отвечу ответственно – не обошлось бы. Несмотря на порхающих в инфопространстве бабочек и прочих эльфов, этот мир в реальности намного более жесток, чем тот, из которого я прибыл. Выжженные, залитые всяким ядовитым дерьмом, многие квадратные километры Англии и Германии будут мне свидетелями. Поэтому нет, я не был готов подставить другую щёку. Нет. Я пантократор, а не святой великомученик. Отнюдь. ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА САСШ, ШТАТ НЬЮ-ЙОРК, ОКРУГ ДЖЕФЕРСОН, ЗАМОК БОЛЬДТА (1) НА ОСТРОВЕ ХАРТ-АЙТЛЕНД. 12 июля 1938 года — Ну как там, брат? – Бернард вяло поднял рукой, приветствуя брата. — Чёрт знает что! – ответил Сайлинг, махнув в ответ. — Всё так плохо? – безразлично сказал Бернард. — Ещё хуже, Берни, – проговорил Сайлинг, плюхнувшись в роскошное кожаное кресло. — Содом и Гоморра, – старший Барух ожил и, взяв кочергу, немного поворошил угли в камине. После уведенного им неделю назад он уже почти отошел, зрение почти восстановилось, только вот мерз почему-то, а может, просто на острове было сыро. — Ладно в Штатах, брат, они, конечно, рыба без головы, но кое-где хоть что-то делают. В Олбани, например, в Алабаме, в Солт-Лейк-Сити, а вот это северное канадское королевство… – Сайлинг развел руками, – «Королева в изумлении», королек в возбуждении, два премьера грызутся и ничего по итогу не решают, и если бы не королева-мать, то давно бы уже сдались. Очень просили помочь, чтобы забрали нацгвардейцев наших из их страны, они им мешают договариваться. — Да. Как и всегда. Змеи в мутной воде. Собрать-то хоть что-то удалось? – сказал Берни с грустной улыбкой. — Куда там. Наши структуры в чувство привел. Работают. Мы самая крупная рыба в той мутной воде. Изабелла это понимает, а она там всё же самая вменяемая, – завершил Сайлинг. — Джон Морган, пока ты летал, звонил мне. Девис погиб. Тогда. Рокфеллеры своё что-то мутят, он не уверен, что Гарриманы без нас против них вытянут, – с нейтральной грустью сказал Бернард Барух. — Да, и Экклз[49] улетел ещё на Праздник в Юту, не иначе, что кто-то предупредил, – отметил младший, – но ни там, ни в отделениях Федерального банка в Чикаго, Далласе и Атланте желания работать с госпожой «актинг-президент» Перкинс нет. Бернард покачал головой. После отсечения головы, причем не столько в Вашингтоне, сколько в Нью-Йорке, Бостоне и Филадельфии, в предвкушении большого передела, региональные элиты разбегались. Куш велик. И им если и нужен кто-то, то только тот, кто легитимизирует по итогу результаты начинавшейся борьбы. — Да брат. Но всё же я пытаюсь понять, как так получилось? – проговорил хозяин задумчиво. |