Книга Империя. Терра Единства, страница 56 – Владимир Бабкин

Великое множество.

Примерно такая же картина сейчас и в портах на побережье Нормандии. Правда там в основном были сосредоточены французские силы, что и понятно – Франция готовилась к десантной операции и броску через Пролив. Пока же императоры Единства и Франции были заняты обычным занятием мальчиков – чертили карты предстоящих сражений и яростно спорили между собой по данному поводу.

А пока они заняты, мы с Викой сидели рядом, молча любуясь рассветом. Конечно, не одни, вокруг как обычно полно народу на службе, но нам никто не мешал.

— Нервничаешь?

Я криво усмехнулась и бросила взгляд на старшую сестру.

— А ты бы не нервничала на моём месте?

Вика со всем свойственным ей очарованием невесело рассмеялась.

— Да, я и на своём месте нервничаю будь здоров. Тяжёлые наступают времена, малышка.

Да, уж… Времена и правда для нас всех наступают непростые.

Моя молчаливая паника первых дней прошла, а на смену ей пришла бессонница. Временами я до утра лежу в постели и смотрю в потолок, думая и о своей новой стране, и о том, что ближайшие годы моя задача учиться и не высовываться, пока папа решает основные вопросы.

Говорят, за Емцем я буду как за каменной стеной, вот только я не собираюсь быть картиной с розовым цветочком на этой стене. А смотрят все на меня пока что именно так. Даже не как на ружье, которое однажды может выстрелить.

И снова эти мысли.

О том, как я приму корону, подпишу всякие бумажки, скажу парочку заранее вызубренных и отрепетированных речей и укачу обратно в лицей. Буду сидеть на уроках, пока мои подданные будут травить об этом весьма непонятные мне шуточки и знать, что служат по сути другим взрослым и, возможно, (но не факт!) умным людям.

А потом я такая приеду с красным дипломом и: «Здрасьте. Я выучилась. Я взрослая. Слушайтесь меня!»

Ага, так они сделают…

Вот и что мне делать следующие три года, чтобы не стать картиной с розовым цветочком на папиной стене? Чтобы воспринимали меня всерьез… Для начала мои подданные, а потом и папа когда-нибудь. Он же поверит в меня как в достойного правителя, когда я стану немного старше?

Невольно я с болью закрыла глаза, понимая какая же глупость пытаться добиться папиного одобрения и признания, что я не хуже старшего брата и сестер. Пускай и не такая яркая, как красавица Викуся или остроумная и очаровательная, как Мася.

Еще и мужем выберут кого-то местного… Который вполне может не на мое благо набирать политический вес, пока я буду учиться. Машинально бросаю взгляд на Вику, а потом на себя.

Да, красотой я явно никого сейчас не очарую, чтобы он это… Ну, как это называется, когда мужчина не влюбился, но оказался крайне заинтересован особой женского пола? Увлёкся?

Ай, ладно. Если еще и этой взрослой фигней голову забивать, она лопнет.

Или наоборот об этом стоит подумать? Я же становлюсь взрослой, а взрослые об этом думают. Наверное…

Вдруг смогу его сделать… Ну, типа союзником?

— Боишься? – тихо спросила Вика, вырывая меня из моих мыслей.

Я нервно рассмеялась. Вряд ли этот калейдоскоп эмоций можно описать таким словом.

— Примерно, как на экзамене по обезвреживанию, – усмехнулась я. – Когда перед тобой бомба и хоть одно неверное движение и случится большой «Бууум».

Старшая приобняла меня.

— У тебя сейчас выражение лица, скорее, как на экзамене по стрельбе. Когда все нервничают из-за того как мучительно утекают секунды, а ты молча смотришь на мишень, целишься до какого-то одного тебе понятного момента, и-и-и…