Книга Революция, страница 36 – Владимир Бабкин

— Густав без нас долго не выдержит, граф, — констатировал Король, — но, и самим лезть нам туда не надо, примирится сейчас лучше Петром, война нас вымотала, но и щелкнуть его по носу не помешало бы!

— Согласен, Сир, — поддержал намерения своего Короля де Виржен, — есть у нас кому притормозить Петра.

— Вот и славно, Шарль, — приободрился Людовик XVI, — с Лондоном надо мириться и скидывать на него этих шведов, нам же очень нужны будут эти русские пушки и «элефанты». В Петербург же, думаю, не помешает отправить вашего брата.

— Сделаю, Ваше Королевское Величество, — приклонив голову сказал первый министр, — Жан-Шарль как раз прибывает к вашему юбилею из Венеции, у него, после разрешения Баварского кризиса, хорошие отношения с русским канцлером и я уверен он сможет получить от Петербурга то, что нам надо.

* * *

* * *

ТУЛА. ТУЛЬСКИЙ ИМПЕРАТОРА ПЕТРА ВЕЛИКОГО ОРУЖЕЙНЫЙ ЗАВОД . РАБОЧИЙ ПОСЁЛОК ЗАРЕЧЬЕ. 19 (30) апреля 1784 года.

«Потёмкинскую деревню» мне сложно показывать, ибо я иду, куда желаю и беседую с кем хочу, а не полагаюсь на то, что мне соизволят продемонстрировать в окно кареты, равно как и подвести ко мне «любого» из толпы встречающих рабочих. Я эти игры знаю. И в том моём будущем, и здесь тоже. Понятно, что из новых казнозарядок я не откажусь пострелять. Но, от остальной подготовленной мне «культурной программы» я сразу отказался. Разве что обед оставил (там как раз сейчас спецы мои проверяют блюда на предмет ядов, заведомо отказавшись от блюд и порций, которые мне подготовили и «вытащив» наугад из общих блюд). Да и то, я перенёс торжественный обед в честь меня любимого из здания заводоуправления в заводскую столовую, желая разделить трапезу с верными моими подданными — рабочими завода. И услышать непосредственно глас народа.

«Лучшие люди города и завода» о моих таких чудачествах знали, потому не слишком удивились. Вот и славно.

Посмотрим-посмотрим. Что у нас тут. Как и где.

А, посмотреть, откровенно говоря, было на что. Добротный рабочий посёлок на десять тысяч человек, включая семьи кадровых рабочих, не считая отходников — сезонных тружеников из окрестных деревень. Тем перевозить семьи сюда не дозволялось. И помещик не отпустит своих крепостных и здесь не примут. Строго тут.

В общем, иной российский город имеет меньше населения. Но, выделять посёлок в город не имело смысла, ибо это часть Тулы. Просто городской район. Конечно, тут жили не только рабочие оружейных заводов. Заводов, фабрик и мануфактур вокруг посёлка было несколько, и не все из них были казёнными. Их объединяло то, что основная их продукция была ориентирована на потребности армии. Оружие. Машины. Котлы. Полевые кухни. Дестиляторы. Кипятильни. Обмундирование. Сапоги. Ремни и портупеи всякие. Прочая рухлядь. Зимняя. Летняя. Даже несколько видов самоваров, включая солдатские.

Склады. Станция. Погрузка-выгрузка. Пыхтящие паром краны над грузовыми платформами. Паровозы и паровые погрузчики.Машинерия прочая.

Огромный цех.

— Что здесь?

— Кирасы и бронежилеты, Государь.

Уточняю:

— Для солдат?

Усольцев возразил:

— Не только, Государь. И офицерские тоже. С шёлковыми слоями. Как вы и повелели.

Киваю. Офицер стоит куда дороже солдата. Нельзя экономить на шёлке. Хоть и дорог, зараза. Закупать приходится. Своего мало. Но, тут ничего не поделать. Сам в таком хожу во время баталий всяких. И не только. Лёгок. Удобен. Пулю и осколки держит. Часто и от выстрела просто в упор защищает. Хорошо хоть Гилян персидский теперь наш, там шелка много. Часть мастеров из закаспийского Решта уже организовали производство и в молодом ещё Ставрополье-Кавказкам.