Книга Революция, страница 47 – Владимир Бабкин

Хорошо, когда ты зависишь не только от ветра. Машины на кораблях Ганнибала слабые. Вспомогательные. Даже трубы снимаемые. Но, узла полтора скорости на рывке они точно прибавят.

— Адмирал запретит маневр, — проворчал Балле.

— Ну, как запретит, так и отвернём от шведов, — подбодрил Ганнибал начальника штаба, — а пока не запретил может успеем хоть ещё пару шведов утопить.

* * *

ГЕЛЬСИНГФОРС . ЛИНКОР «ТРИ ИЕРАРХА». САЛОН ГЕНЕРАЛ-АДМИРАЛА. 12 (23) июня 1784 года.

— Итак, барон.

Михаил мрачно смотрел на начальника контрразведки базы флота. Барон фон Пален импонировал ему. Не лебезил. Всегда по делу говорил. Был внимателен к деталям. Но, имел один недостаток — он не нравился Царственному отцу Михаила. Почему? Отчего? Бог весть. На прямой вопрос наследника император ответил: «Пален хорош на своём месте. Но его нельзя приближать к себе. Его работа защищать Отчество там, где нужно остро чувствовать его интересы. И он выберет их, если посчитает, что интересы Отечества и Наши, сын, не совпадают». Странный ответ, но главное Михаил уловил.

Потому полковник барон Peter Ludwigvon derPahlen здесь, в Гельсингфорсе, на войне, а не в блистательном Петербурге. Был негласный приказ Императора барона, как и многих его коллег, не назначать ни на какую должность ни в одну из столиц Империи. Тем более в Царском Селе. Михаил не понимал мотивов отца, но тот был твёрд. Возможно, у него было больше сведений от тайных служб, коих отец развёл так много. Император в последние годы стал болезненно подозрителен. Старость. Ничего не поделать. Хотя молодая жена и вдохнула в него новую жизнь.

Знал ли о таком отношении сам барон? Наверняка чувствовал что-то такое. Некую немилость начальства или самого Государя. Старался выслужиться и доказать, но, возможно, где-то в глубине души копил обиду. Наследник Престола не мог ослушаться воли отца, однако Император не запрещал использовать барона по служебному назначению, а в этом барон был хорош.

— Ваше Императорское Высочество! После завершения бункеровки на четырёх паровых крейсерах, в частности на крейсерах «Гангут», «Кронштадт», «Сестрорецк», «Выборг», произошли взрывы в топках котлов. «Выборг» и «Кронштадт» получили серьёзные повреждения. Сломаны внутренние балки, машины вышли из строя и требуют замены. На «Гангуте» и «Сестрорецке» вышибло шуровочные дверцы, пострадали кочегары, сохранность котлов проверяют механики.

Михаил хмуро прервал барона.

— Я всё это знаю. Давайте по существу дела.

Потеря четырёх новейших паровых крейсеров больно била по боеспособности всей эскадры. Два точно выбыли надолго. Да и с остальной эскадрой было всё непросто. А это требовало пересмотра всех планов войны на море. Да и на суше тоже.

— Государь! Расследование и следственные действия в отношении подозреваемых показали, что в уголь для пароходов каким-то образом попали тайные мины, выполненные в виде угольного брикета. Мины полые, наполнены «Охтинского завода 1762 года морским» порохом. Образцы переданы специалистам на изучение. При попадании в пламя печи сии мины взрываются, повреждая котёл и обездвиживая пароход.

Пароход с повреждённой ходовой частью превращался в простой парусный корабль. А учитывая, что пароход под парусами уступает в ходу и манёвренности обыкновенному парусному линкору, то выставлять дорогущие пароходы на баталию было крайне нежелательно. Проще уж было задействовать галеры. Но у них по планам своя война. Была. К чертям морским эти планы полетели!