Книга Князь, страница 84 – Владимир Бабкин

Сегодня всё больше по мероприятиям народ шатается. День рождения Александра Четвертого и его царственной сестры императрицы Франции Виктории. Да, из того поколения «моих детей» в живых пока осталась только королева Шотландии Елизавета, слишком уж много лет прошло с тех пор.

В общем, в гостинице почти не было постояльцев. Мероприятия. Холодно. Мрачно. Что тут делать? Так что мы тут были большей частью предоставлены сами себе. Мы, два наших телохранителя (сестрица после произошедшего реально опасалась за наши тушки, особенно за Динку), да несколько «левых» постояльцев.

Байкал. Великое озеро.

Я глядел на него через стекла панорамного окна.

Динка наконец-то просто спала, положив свою голову мне на плечо. Спи, моя девочка.

Спала она очень нервно и беспокойно, голова металась, лоб покрывала испарина, и я тихонько промакивал её простыней. Раздевать, понятно, я не пытался, боясь вспугнуть сон, так что она так и спала в своём свитере и василевсах. Но Дина заснула и радовала меня своим тихим дыханием.

Спи, моя радость. Всё пройдет. Так было написано на кольце царя Соломона.

Спи.

Убить лучшую подругу – это страшно. Даже если ты не виновата.

Высыхают чернила, а кровь на руках – никогда.

Но кровь – это соль жизни. Ничего с этим не поделать. Кровь на руках укрепит твои руки.

Уж я-то знаю.

Пройдёт всё, радость моя.

Величие. Смирение. Верность. Долг. Честь.

Не дворяне часто удивляются и даже смеются с нашей традиции преклонять колено перед государыней.

Глупцы.

Нищим духом не дано преклонить колено.

Слабаки, достойные презрения.

Они не понимают и не хотят понять, что такое истинное смирение. Да, мы целые континенты можем отправить под нож. Нам хватит сил, решимости и возможностей. Но мы преклоняем колено, опускаясь перед государыней.

Она наша императрица.

И пусть я из прошлого, но я глубоко проникся идеями Михаила Великого. Мы с Николаем были слабы и словно те кони, бежали по кругу в шорах, не видя ничего вокруг. Мой «сменщик» увидел. И отсрочил крах Империи на сто лет.

Теперь пришла моя очередь.

Диана застонала во сне. Страшно. Господи, как же у неё тяжело на душе. Вспомнилось из памяти мальчика Миши:

Это про Динку. Не добавить и не убавить.

Терра Единства. Россия. Байкал. Остров Ольхон. Гостиница «Царская». 6 мая 2015 года

— Миша, ты меня любишь?

От неожиданности слегка осоловело открываю глаза и смотрю на подругу, которая требовательно смотрит мне в лицо.

— Да, счастье моё, конечно люблю. Спи.

— Миша, я хочу повенчаться. СЕГОДНЯ.

О, началось в деревне утро.

— Радость моя, но как мы сегодня сможем? У тебя нет платья, у меня нет колец, причёска та же. Даже цветов нет, и вообще…

Но мои жалкие потуги призвать логику разбиваются о требовательное:

— Здесь и сегодня. Кольца у нас есть, мы же официальные жених и невеста.

Она сверкнула перед моим носом бриллиантами своего кольца на пальце.

— Или ты забыл?

— Нет, счастье моё удивительное. Просто я думал, что…

Непреклонно:

— СЕГОДНЯ. Я ТАК ХОЧУ.

Нормально так. Нет, я не против такого решительного выхода Динки из эмоционального кризиса и опустошения, но так как бы дела не делаются среди нормальных людей. Впрочем, вспоминая кадры бесшабашной свадьбы моей тушки с принцессой Иоландой Савойской в Марфино, у меня складывается впечатление, что это «наследственное». Мало мы создали государыне проблем, так ещё и эта будет. Хотя хуже уже точно не будет. Мы всё-таки официально совершеннолетние и официально жених с невестой.