Книга Возвращение демонического мастера. Книга 9, страница 93 – Антон Агафонов

Проходя мимо прилавков, мой взгляд зацепило нечто, выбивающееся из общей картины. Какой-то старый седовласый бородач с угольного цвета кожей и пронзительно светлыми глазами продавал древности. По большей части это был какой-то старый хлам: вазы, побитая посуда с неизвестными гравировками, но среди них было то, что я уже видел прежде. Кусок древнего механизма, какие мог создавать Сев, Рабочий-78.

— Учитель? — удивился Руон, когда я свернул к одному из прилавков.

Бородач сразу оживился и затараторил что-то на том же языке. Наверное, говорил что-то вроде: «Добрый господин, подходи, покупай, лучшие товары во всем третьем витке! Древности цены безмерной, для знающего человека!».

Я подошел и взял эту вещицу в руки. Поршень, кажется, так называется эта часть механизма, но её состояние было просто отвратительным, привести его в рабочее состояние вряд ли возможно. Впрочем, работоспособность этого механизма меня мало волновала, вряд ли и сам продавец понимал, что это фрагмент машины, иначе бы не продавал его вот так. Пусть влияние Хранителей Знаний во внутренних витках не так сильно, как во внешних, но я всё равно не замечал, чтобы машины вот так открыто где-то продавались или использовались.

— Где вы это взяли? — спросил я у него, и на мое счастье, торговец говорил на нашем с Руоном языке, правда, не так хорошо, как Арашин или его жена. Только вот ответа мне это не дало. Торговец сразу стал накидывать ценность этой вещице, говорил, как тяжело её было достать, но чем больше он её нахваливал, тем меньше было конкретики. Очень много общих фраз, таких как «далеко», «в других краях», «дальних землях» и так далее.

Судя по всему, он просто не знал, откуда она. Ходила по рукам, пока не попала к нему, а в будущем может оказаться в руках другого торговца. Но вещица и впрямь была интереса, правда, по другой причине — на ней было что-то вроде клейма, но не такого, как на Севе или других вещах. созданных «Айдел Индастрис».

— Сколько? — устав с ним разговаривать, спросил я.

Запросил он много, настолько много, что мне показалось, что я ослышался. Даже Руон, который со скучающей миной стоял рядом, выпучил глаза от такой наглости.

— Нет, — решил я и положил вещицу на место. Мне она была нужна, но на память я не жаловался и в любой момент воспроизведу этот символ на бумаге. Сам предмет мне не нужен. Понимая, что теряет потенциального покупателя. мужчина решил снизить цену, но я уже махнул на него рукой. — Больше не интересно.

— Стойтэ! Я хотов отдать сэй вещ за полцены! — кричал он нам вслед.

— А эта вещь и вправду была так интересна вам, учитель? — спросил Руон, когда мы отошли подальше. — Выглядит как какая-то хрень.

— Он прав, что для знающих людей это может быть ценным, но для меня важен был лишь изображенный на ней символ.

— А вы…

— Запомнил его, а сам предмет ценности не имеет. Окаменелая железка, не более. Будь цена нормальной — взял бы, так, на всякий случай, но за ту цену, что хочет этот наглец, вот ещё.

— И впрямь. Пять тысяч спиров! Да он спятил! На таких деньги можно спокойно не один месяц жить! А какие-нибудь фермеры и за год столько не зарабатывают.

Мы прошли местный рынок практически насквозь, пока не заметили подходящее место, где можно отдохнуть. Оно выглядело дороже тех, что мы проходили ранее, зато людей было чуть меньше. Хотелось просто посидеть в теньке и выпить чего-нибудь охлаждающего. Оно располагалось под тенью высоких пальм, стены были украшены легкими тканями, которые колыхались на ветру. Над входом висела вывеска с изображением кувшина и чаши, что явно указывало на то, что здесь можно найти что-то освежающее. Удобно, издалека было видно, и даже незнание местного языка не мешало.