Книга Время неблагих. Книга 2, страница 97 – Максим Далин

— Для начала пусть доберутся до нашей базы, — сказала Карла. — При самом большом везении, даже если сам Отец Вод их на ладонях понесёт — дней десять пути, а?

— Оптимистично, — сказала Виллемина. — Я бы дала дней пять только до Русалочьего Форта. И думаю, что так и нужно сделать. Море опаснее, даже когда они войдут в наши воды… пусть «Мираж» идёт в Русалочий Форт, мы пришлём туда аэроплан.

— Плохая идея, — сказала Карла. — На границе с Заозерьем бои идут… неизвестно, что они завтра выкинут. И неизвестно, что Девятиозерье завтра выкинет. Там на границах тоже не травничек с мёдом пьют… до Русалочьего Форта — считанные мили.

— За десять дней в море, когда в море идёт охота на «Миражи», тоже может случиться что угодно, — сказала Виллемина. — Десять дней… в такое тревожное время десять дней — это слишком долго… Скажите, как вы думаете, дорогие друзья мои, не кажется ли вам Русалочий Форт и маршрут через него более привлекательным?

— Ну… — Лэрик чуть пожал плечами. — Лучше, конечно, если быстрее…

— И на аэроплане лететь? — прошептала Ильсора с явственным ужасом в голосе.

— Боитесь? — сочувственно спросила Карла и взглянула на свою королеву. — Вот и мне страшновато. Ты же знаешь, что там делается в воздухе…

Виллемина на миг опустила прекрасные ресницы — даже не скажешь, что кукольные — и выдохнула, как живая. Приняла решение.

— Что ж. Мы свяжемся с капитаном Соуром, когда «Мираж» будет подходить к Русалочьему Форту. Не стоит, конечно, сейчас прикидывать, какая обстановка будет у Жемчужного Мола через целых пять дней. А пока наберитесь мужества, мои дорогие. Я понимаю, что дорога, скорее всего, будет тяжёлой… подводный корабль — не прогулочная яхта… но это самый безопасный транспорт для вас, какой мы смогли выбрать.

— Чудесный транспорт, — сказала Глейза и тронула стекло, как Виллемина. — Замечательный транспорт. Каким счастьем было оказаться на борту «Миража», если бы вы могли знать, государыня!

— Это да, — сказал Лэрик. — Мы все так думаем.

— Что ж, счастливого пути! — сказала Виллемина с каким-то сожалением, будто ей было грустно прекращать разговор. — Знайте: мы все — и мы, прибережцы, и ваш отец, и ваши друзья в Святой Земле, на побережье и в Перелесье — мы все ждём вас, мы все за вас молимся.

— Счастливого пути, — сказала Карла. — Добрых вод.

— До встречи, — сказал Лэрик. — Спасибо вам за всё.

И мы все снова поклонились, как только позволила рубка. И зеркало погасло.

Мы ещё не сразу ушли. Только когда радист отодвинул фанерную перегородку, стало прямо совсем понятно, что мы уже мешаем — ну вот, ушли.

Вернулись в каюту. В растрёпанных чувствах и мыслях.

— Они так и не сели, — огорчённо сказала Глейза. — Мы стояли, потому что в рубку столько стульев не притащишь, да их, наверное, и нет на «Мираже» — и они стояли. А они старше… И мне всё время хотелось попросить их сесть, но я никак не могла придумать, как сделать правильно…

— Ага! — сказал Рошер. — И я! Но я-то как… я вообще из свиты… не посмел как-то…

— Ну и зря промолчали, — сказал я. Я не додумался, и мне было ужасно неловко.

— Я одно понял, — сказал Лэрик с лихой и мрачной ухмылочкой. — Я безнадёжный политик совершенно. Отец, отец настоящий политик! И леди Виллемина, — и вздохнул. — Леди Виллемина… она же вдова, да?