Книга Зимний дом, страница 111 – Кэрол О’Коннелл

Как же тяжело не спать.

Робин Даффи стоял среди коробок и пытался разобраться в трафаретных надписях. Спустив очки на кончик носа, он сказал:

— Брось это, Мэллори. Нумерация не имеет никакого отношения к самим документам. Я могу сказать лишь одно — фирма Смита что-то скрывает. — Он оглядел башни из коробок, в каждой из которых хранились тысячи документов. — Уловка старого юриста — похоронить грехи в тоннах бумаг, — он взглянул на часы. — Пора звать Чарльза.

Райкер слышал, как за юристом закрылась дверь.

— Нам никогда не найти завещание без Чарльза, — он подошел к напарнице: — Как ты думаешь, он придет?

Мэллори села за компьютер просмотреть финансовые отчеты, добытые в юридической конторе. Все еще пытается отыскать денежный мотив. Райкер собрался было повторить вопрос, но тут Мэллори сказала:

— Он придет… ради Робина.

Раввин Дэвид Каплан был одет во все черное — черный вязаный джемпер с горлом, черные строгие туфли. Именно так, по его мнению, должны одеваться представители криминального мира. В этот вечер он играл роль наблюдателя, которая ему очень нравилась. Он выглянул в коридор из лифта и сказал Эдварду Слоупу театральным шепотом:

— Чарльз выходит вместе с Робином, — и снова высунул голову в коридор. — Теперь они направляются через холл в офис. Все чисто.

— Целый день готовился произнести эту фразу, да?

— Пожалуйста, Эдвард, не шуми.

Главный медицинский эксперт и раввин вместе покатили свою тяжелую ношу по коридору. Эдвард Слоуп снова заговорил:

— В покере не бывает таких сюрпризов.

— Шшш, — раввин наслаждался игрой в ограбление наоборот. Он повернул ручку двери, которая вела в квартиру Чарльза. Дверь легко открылась, как и было обещано. Указав на обрывок скотча на язычке замка, он заметил: — Робин придумал.

В этом преступном сговоре принимали участие трое. Доктор и раввин провезли игровой столик в дверь, чехол зацепился за петлю и порвался. Если бы стол не повернули набок, он бы не пролез в дверной проем.

Они добрались до конца фойе и застыли в виноватом изумлении, словно их застали за грабежом, а не внесением подарка. Перед ними возникла высокая, статная женщина, она протирала заспанные глаза. Волосы ее были белоснежными, а улыбка смущенной. Она сразу узнала Эдварда Слоупа, врача, который сегодня утром выписал ей валиум. Оглядела громоздкий предмет на тележке.

— Это стол, — пояснил Эдвард Слоуп, словно чехол мог это скрыть.

— А, — кивнула Недда. — Я знаю, куда его ставить.

Они провезли стол в библиотеку, следуя за Неддой. Сняли его с тележки и поставили в центр круга из клубных стульев. После чего Недда была представлена раввину Каплану, но о резне упомянуто не было. Потом раввин пустился в объяснения о судьбе последнего стола Чарльза Батлера.

— Сгорел во время пожара на складе, — сказала Недда. — Да, я знаю. Но я никогда не слышала о покере с сюрпризами.

Доктор посмотрел на часы:

— Откроем сейчас или подождем Робина?

— Вы что-то уронили, — произнесла Недда. — Выпало через дырку в чехле.

Дэвид Каплан склонился за бумагой.

— А, это сертификат подлинности. Кэти говорила, что стол антикварный, — раввин пробежал глазами текст и рухнул на стул. — Эдвард, ты не поверишь, где побывал этот стол.

Для работы, которая происходила в кабинете Мэллори, на самом деле не требовался специалист по скорочтению. Чарльзу Батлеру понадобилось всего несколько минут, чтобы расшифровать кодировку реестра, который оказался по-детски прост. Еще несколько минут ушло, чтобы отыскать нужную коробку, папку и выдать Робину Даффи подлинное завещание.