Книга Монолог фармацевта. Книга 1, страница 89 – Хюганацу

* * *

— Что вам угодно?

В гостиной сидел, закинув ногу на ногу и облокотившись на столик, один лишь господин Дзинси. Как и всегда, в изысканных одеждах, приличествующих высокопоставленному евнуху. Но отчего-то Маомао его поза и вид показались особенно кричащими, вернее сказать, даже угрожающими. Однако она решила не придавать этому особого значения и счесть, что перемены в господине ей только мерещатся. И без них Маомао было тошно: она осталась с лучезарным евнухом один на один, и никто не скрашивал их уединение. Ни ее покровительница, госпожа Гёкуё, ни господин Гаошунь, что неизменно действовал освежающе и выступал живым противоядием, необходимым после медовых речей.

— Говорят, домой ездила?

— Да.

— И как?

— Все живы-здоровы, а это самое главное.

— Прекрасно.

— Да.

После краткой беседы в гостиной воцарилась гнетущая тишина. Разговор совсем не ладился.

— А этот… Лихаку или как его там… кто такой?

— Мой поручитель, – честно ответила Маомао, а сама удивилась, почему господин вдруг упомянул его имя.

Теперь господина Лихаку не грех назвать новым завсегдатаем Малахитового чертога и ходячим мешком с серебром. Правда, помимо этого Маомао считала его надежным человеком – все-таки они вместе провернули одно дельце.

— Ты хоть понимаешь, в чем суть этого «поручительства»? – не скрывая раздражения, поинтересовался господин Дзинси. От прежней медовой ласки в голосе не осталось и следа.

— Понимаю. Ручаться за служанку может только высокопоставленный сановник с добрым именем.

Лицо господина разом переменилось. Легко было счесть, что его хватил удар. Маомао же не понимала, что сказала не так, ведь все это – прописные истины.

— Это он подарил тебе шпильку для волос?..

— Да, он раздавал их на пиру из вежливости и одну подарил мне.

Господин Лихаку, пусть обладал внушительным, даже суровым видом и поражал ростом и крепостью, оказался человеком добрым и щедрым. Да, шпилька от него проста, но сделана со вкусом. Пожелай Маомао продать ее, она бы выручила неплохие деньги.

— Хочешь сказать, моя шпилька уступила какой-то дешевке, кинутой из вежливости?

«Ой, как грубо!» – неприятно поразилась Маомао и в очередной раз заметила, что господин сам на себя не похож.

— Я же дарил тебе шпильку, нет? Почему ко мне не пришла?

Господин Дзинси выглядел так, что еще немного, и он прямо перед служанкой надует губы. Улыбка небесной девы больше не смущала взор, и теперь Маомао видела в господине совсем юного евнуха едва ли старше ее самой, а может, несколько младше. Заметив это, Маомао с удивлением подумала: неужели некоторые способны так сильно перемениться? Едва состроят другое выражение лица – и уже совсем другой человек.

Только Маомао упустила другое: она при всем желании не могла догадаться, что послужило причиной этой перемены. Неужели ему стало обидно, что она обратилась за помощью не к нему? Странно… Разве не лучше держаться подальше от чужих хлопот? Или господин до того не обременен заботами, что готов хвататься за любое дело?

— Простите меня великодушно. Я не нашла ничего достойного, чем могла бы отплатить вам за возможные хлопоты.

«Он же евнух, лишенный детородного корня. Предложи я ему утехи с первыми красавицами, разве не оскорбила бы его ненароком?» – справедливо спросила себя Маомао.