Книга Следы в высокой траве, страница 83 – Татьяна Полякова, Анна М. Полякова

Окно библиотеки оказалось приоткрыто, тюль шевелился от ночного воздуха.

Я осторожно подошла ближе и заглянула внутрь. В лунном свете были отчетливо видны стол, отодвинутый стул и папка, та самая, что мы листали, когда были здесь последний раз.

Ленка тем временем дергала дверь.

— Закрыто, – констатировала она.

Я посмотрела на приоткрытое окно, и решение пришло ко мне быстро. Я первой полезла в библиотеку, не сразу поняв, что подоконник был выше, чем казался, юбок я, к счастью, не носила, тем более когда отправлялась на ночные приключения подобного толка, но даже в джинсах умудрилась зацепиться штаниной и чуть не снести локтем цветок в горшке. Ленка снаружи шипела что-то о грации лани.

В темноте помещение казалось меньше, чем днем.

Ленка перелезла следом, уже куда ловчее. Видимо, сказывался опыт организатора мероприятий: если ты один раз влезал на сцену через декорации, окно фельдшерского пункта тебя не испугает.

Я подошла к столу и быстро убедилась, что папка действительно была той самой.

Лежала она довольно аккуратно, не так, как если бы человек в панике что-то выдергивал и рылся. Скорее, как если бы он только что спокойно положил ее сюда и ушел буквально минуту назад.

— Странно, – прошептала я. – Придется включить фонарик.

Ленка тут же направила луч света на папку, я осторожно ее открыла, и мы принялись перекладывать содержимое, легко узнавая уже виденные нами записи и фотографии, пока не наткнулись на вырезку из газеты, которой прежде не встречали.

— Что-то новое, – нахмурилась подруга.

Это была короткая неприметная заметка о хозяйственном собрании, колхозной смете и задержке по выдаче чего-то там. Но ниже в двух строках упоминалась фамилия Киселева, который выступил с критикой порядка хранения и учета.

— То есть он не просто ругался с кем-то из колхоза, – медленно сказала Ленка. – Он полез со своим уставом в бухгалтерию?

— Похоже на то.

— Думаешь, это оставил убийца? – спросила Ленка.

Я не ответила сразу, потому что вот это было как раз странно. Если бы сюда вломился человек, который боится, что кто-то доберется до истины, разве он стал бы подсовывать новую заметку? Скорее уничтожил бы так, чтобы фамилия Киселева больше нигде не всплывала, а тут наоборот.

Словно кто-то, дождавшись, пока шум вокруг архива уляжется, тихо вернул в папку то, что прежде было припрятано.

Я посмотрела на стол, перевела взгляд на окно, затем – на стеллажи, здесь царил почти домашний порядок.

— Тот, кто был здесь, точно знал, что и где искать.

Ленка уставилась на меня.

— Тамара? То есть она сама это спрятала, а теперь вернула? – удивилась подруга.

— Или частый посетитель библиотеки. Но, может, и сама библиотекарша нашла эту заметку и решила добавить в архив, да и вряд ли она единственный человек во всей деревне, кто знает, где искать нужную папку. Вот мы с тобой, например, знаем.

— Значит, исчезнувший колхозник не просто высказывал недовольство, он открыто лез в учет, словом, в то, к чему имел отношение дед Зои.

Снаружи в этот момент послышался какой-то глухой стук. Мы обе вздрогнули.

— Это что? – шепотом спросила Ленка.

— Очень надеюсь, что не убийца решил зайти за чтивом на ночь.

Мы замерли в тишине, но больше ничего подозрительного не услышали, может, просто яблоко упало или ветка сломалась на ветру. А может, кто-то стоял у стены и слушал, как мы тут приходим к опасным выводам.