Книга Я говорю нет!, страница 8 – Уильям Уилки Коллинз

— Время не лечит, Франсин. Боюсь, со мной что-то не так: моя надежда на встречу с ним в лучшем мире слишком слаба и далека. Однако довольно! Лучше расскажу о том, какое дивное создание спит по другую вашу руку! Я упоминала, что мне придется зарабатывать себе на хлеб, когда покину школу? Так вот, Сесилия написала домой и нашла для меня должность! Не гувернантки, как можно предположить, а кое-что иное! Сейчас вы все узнаете!

Тем временем погода вновь начала меняться. Ветер дул изо всех сил, зато дождь уходил стороной, судя по мягкому шелесту капель по окнам.

Эмили начала свой рассказ.

Она испытывала огромную благодарность к подруге и однокласснице и очень хотела о ней рассказать, поэтому не заметила, с каким безразличием Франсин откинулась на подушку, приготовившись слушать похвалы в адрес Сесилии. Самая красивая девушка в школе вовсе не интересовала юную леди с упрямым подбородком и глубоко посаженными глазками. История, льющаяся из самого сердца рассказчицы под монотонные завывания ветра, заставила Франсин клевать носом. Ближе к концу Эмили запуталась в очередности двух событий, умолкла и вдруг заметила, что Франсин притихла, хотя должна бы поддержать ее словом одобрения. Эмили вгляделась и поняла: мисс де Сор спит.

— Могла бы сказать, что устала, – тихо пробормотала Эмили себе под нос. – Ну и ладно! Погашу-ка я свет и последую ее примеру.

И только она потянулась к свече, как дверь в спальню распахнулась. На пороге стояла женщина в черном шлафроке и глядела на Эмили.

Худая рука с длинными пальцами указала на горящую свечу.

— Не тушите! – Женщина оглядела комнату и убедилась, что остальные девушки спят.

Эмили отложила гасильник.

— Собираетесь о нас доложить? Мисс Джетро, я одна не сплю, вся вина на мне.

— Не собираюсь я никому докладывать, но мне есть что вам сказать.

Женщина помолчала и заправила за уши густые черные волосы, в которых поблескивала седина. В больших темных глазах читался скорбный интерес.

— Когда поутру ваши юные подруги проснутся, можете им сообщить, что новая учительница, которую никто не любит, покинула школу.

В кои-то веки даже сообразительная Эмили пришла в замешательство.

— Как же так, вы ведь здесь совсем недавно, всего лишь с Пасхи!

Мисс Джетро подошла ближе, не обращая внимания на изумление Эмили.

— Я и в лучшие времена уставала быстро, – продолжила она, – можно присесть на кровать?

Обычно учительница отличалась завидным хладнокровием, но сейчас ее голос дрогнул – странная просьба, учитывая, что в спальне хватало стульев.

Эмили подвинулась, глядя на нее с изумлением.

— Прошу прощения, мисс Джетро, я терпеть не могу неопределенности! Если вы не собираетесь о нас докладывать, тогда зачем вошли и застигли меня с зажженной свечой?

Последующее объяснение мисс Джетро ничуть не удовлетворило любопытство Эмили, скорее, наоборот, его разожгло.

— Мне хватило подлости подслушивать под дверью, и я уловила, что вы говорите об отце. Я хочу узнать о нем побольше, затем и вошла.

— Вы знали моего отца! – воскликнула Эмили.

— Полагаю, да. Впрочем, фамилия у него распространенная – в Англии несколько тысяч Джеймсов Браунов, – и я боюсь ошибиться. Вы говорили, он умер около четырех лет назад. Можете сообщить подробности, по которым я утвердилась бы в своей правоте? Если считаете, что я позволяю себе слишком много…