Книга Бывший муж. Есть ли второй шанс?, страница 24 – Мэри Кац

Я закрываю глаза. Алиса, блядь. Маленькая предательница.

— Вот, — Анна Петровна смотрит на меня с торжеством. — Я так и знала. Вы даже находиться в этом доме не умеете, не то что заботиться о ребёнке.

— Я заплачу, — говорю я сквозь зубы.

— Не в деньгах дело, — Анна Петровна собирает осколки. — В принципе.

— В каком принципе?

— В том, что вы ничего не умеете. Ничего не можете. Только разрушать. Как тогда, пять лет назад.

Я смотрю на Нику. Она смотрит на меня. В её глазах — что-то, чего я не могу прочитать. Жалость? Радость? Я не знаю.

— Знаете что, Анна Петровна, — я поворачиваюсь к теще, — раз я вам так не нравлюсь, я, пожалуй, останусь здесь подольше. Чтобы вы привыкли.

— Что?

— Вы сказали «не возвращайтесь», а я, знаете ли, офицер. Мне приказы отдают только начальники. Вы к ним не относитесь.

— Демид… — Ника смотрит на меня с изумлением.

— Что? — я приподнимаю бровь. — Ты хотела, чтобы мы поговорили. Без свидетелей. Но раз свидетель уже здесь — будем говорить при ней.

— Вы не имеете права, — Анна Петровна краснеет.

— Имею, — я сажусь на стул, складываю руки на груди. — Я отец. Я вхожу в этот дом, когда хочу. И выхожу, когда хочу. И остаюсь, когда хочу. Если вам это не нравится — дверь вон там.

Она молчит. Ника тоже. Я смотрю на них обеих. На двух женщин, которые думали, что могут мной управлять.

— Чайник, кажется, закипел, — я киваю в сторону плиты. — Кто-нибудь нальёт мне чаю?

Ника

Парк встречает нас тишиной. Дети возятся на площадке, Эльза пытается научить Алису прыгать через скакалку, но у той пока не очень получается. Алиса упрямо наклоняет голову, снова забегает, снова путается в ногах. Эльза терпеливо объясняет, показывает. Не знаю, как у других, но у меня такая милая картина вызывает улыбку.

— Ты какая-то напряжённая, — замечает Олеся. — Что случилось?

— Мама приехала, — выдыхаю я.

— Ого, — Олеся приподнимает бровь. — И как?

— Она приехала, увидела Демида, и все пошло не так, как я задумала, — я начинаю рассказывать, приходится даже признаться, что ей я позвонила специально, чтобы позлить Демида. В прошлом он едва ли не сбегал на службу, к друзьям, даже в магазин, лишь бы с ней не пересекаться. Только не в этот раз. — Он заявил, что остаётся, потому что ему не нравятся приказы бывшей тещи. Заявил, что раз ей он так не нравится, он останется подольше, чтобы она привыкла. И сел на кухне пить чай. С моей мамой. Они молчали. Час. Я сбежала.

Олеся смеётся. Громко, заливисто, прикрывая рот рукой.

— Прости, — произносит подруга, вытирая слёзы. — Но это звучит как анекдот. Твой бывший муж и твоя мама пьют чай на твоей кухне в гробовом молчании.

— Это не смешно, — я складываю руки на груди. — Она его ненавидит. Он её — тоже. А я между ними.

— А ты? — Олеся смотрит на меня. — Ты его ненавидишь?

Я молчу. Потому что не знаю, что ответить.

— Мы развелись из-за фотографий, — не знаю, зачем произношу. Наверное, давно хотела с кем-то поговорить. С кем-то, кто проходил через похожую ситуацию. — В его телефоне. Голые. Чужие. И мама их нашла. Устроила скандал. Заставила меня уйти.

Олеся перестаёт улыбаться. Смотрит на меня серьёзно.

— Она их нашла? — переспрашивает.

— Незадолго до этих событий, мы переехали на другую квартиру. Демид уехал в командировку, а телефон оставил дома. Я хотела посмотреть, который час, а он был заблокирован, — я сглатываю, внутри всё сжимается от воспоминаний. — И тут пришло сообщение. От женщины. С фотографией. Я случайно её увидела, потому что она высветилась на экране. А потом я смогла подобрать код. И внутри телефона было ещё несколько фото. От той же женщины. В нижнем белье. Очень откровенные. Слишком откровенные для женатого мужчины.