Книга Старуха, страница 79 – Анна и Валентина Верещагины

– Не понимаю, к чему здесь «высочество»?– недовольно фыркнула бабка-подселенка.

Потому что надо было слушать внимательно. Я же вам рассказывала, он считается наследником, пока у императора нет детей.

– А как же брат императора? Так-то он следующий в очереди.

Ох... Да потому что он канцлер! Занимая эту должность, он как бы устно отрекается от очереди, уже являясь черным кардиналом правления.

– Дуристика...

Просветив старую невежду я сделала добродушный жест рукой.

— Присоединяйтесь к нам. Осенний воздух предназначен для того, чтобы им делиться.

Они поблагодарили и заняли свободные места в беседке.

Поначалу я просто наблюдала, но пауза не могла длиться дольше. Я подала знак, что они могут начать разговор и Кристиан, ловко уловив безмолвное обязательное разрешение, с лёгкой, непринуждённой улыбкой принялся расспрашивать о впечатлениях от бала герцогиню. Затем к чему-то приплел новые сорта роз в саду схожие с цветом фертонских шелков пользующихся сейчас популярностью у придворных дам. Обо всем и ни о чем конкретном, да так ловко и естественно у нас завязалась светская, будничная беседа, что в какой-то степени даже я начала получать от этого удовольствие.

– А у него язык подвешен,– задумчиво постановила Роза и вдруг выплюнула: – Мне кажется, он намного интереснее, чем твой этот Эрик. И породистый... Глаза, от-о-но, какие серые! Прям как у моего покойного мужа. Хотя о чем я говорю? Молодость всегда прекрасна и свежа.

Между строчно-болтающей бабки в моей голове я тихо присматривалась.

Кристиан, с которым прежде не общалась так близко, оказался именно таким, каким его описывали: импульсивным, общительным, с острым, проницательным умом, который он мастерски скрывал за в меру граничащей легкомысленностью и искренностью.

Маргарет же и сегодня была собой: сдержанной, говорила мало, только когда это было необходимо, но её молчаливое присутствие не было тягостным. Она как тихий, прохладный ручей рядом с искрящимся фонтаном Кристиана, находила нужные слова и метила ими точно в цель при этом не выделяясь больше допустимого.

Они очень подходят друг другу. Он — шумный, лёгкий и притягивающий взгляды, она — тихая, гордая и стабильная.

– Это точно. Говорят муж и жена похожи друг на друга, но абсолютно разные характерами. Внешне, правда, не похожи, но есть что-то такое, – будто потирая между пальцами «ничто», предполагала Роза. – Связующее их. Может, они любовники?

Размышляя об этом, я и не заметила, как погрузилась в детальное изучение его физиономии: над левой бровью Кристиана была маленькая, почти изящная родинка. Глаза с немного опущенными уголками придавали выражение легкой томности и даже нежности острому, серому взгляду. Мужественная линия челюсти, визуально крепкая шея. Уголки губ естественным образом слегка приподняты, нос ровный, брови выразительно приподняты домиком. А на скуле, если присмотреться, тонкий, почти заживший светлый шрам.

Они совершенно не похожи с Наилем, несмотря на их родство. Разве что родинкой... Говорят это отличительная черта венценосной семейки.

Как это возможно?

В тот момент, когда мой взгляд задержался на шраме, Кристиан перебросил взор и поймал мой пристальный взгляд.

Сутившись самой себя я отвела глаза, как шкодливый кот пойманный на воровстве соседской сметаны.