Книга Небесная танцовщица. Книга 3, страница 12 – Ната Лакомка

— Не потребуется, - ответила Анджали не менее благодушно. – С этого дня моей помощницей будет госпожа Сахаджанья. Она – моя правая рука, и слушаться её вы должны, как меня. Она решит, кого оставить на должности, кого заменить.

Сахаджанья ничего не сказала, только опустила голову и переплела пальцы рук.

— Соберите учениц, - продолжала приказывать Анджали, - надо объявить о моём назначении. А пока мы поговорим с госпожой Сахаджаньей без вас.

Учителя, кланяясь, покинули комнату, и только тогда Анджали вскочила и подбежала к своей наставнице, схватив её за руки.

— Ну как? Вы мною довольны? – спросила она, заглядывая ей в глаза. – Посмотрите, как всё хорошо сложилось! Вы хотели видеть меня учительницей, а я стала главной! Но это только на словах. Отныне главной в школе будете вы. Я полностью доверяю вашим суждениям, назначайте учителями кого хотите, составляйте новые планы обучения – всё по вашему желанию.

— Разве я могу принять такое? – покачала головой Сахаджанья.

— А придётся, - заявила Анджали, ничуть не смутившись. – Не для того я эту должность добывала, чтобы вы отказались из ложной скромности. До сих пор, между прочим, задние врата горят!..

Сахаджанья захлопала глазами точно так же, как Трипти, и снова покачала головой – но на этот раз неуверенно.

— Даже не знаю, смеяться или плакать, - произнесла она с запинкой.

— Зачем плакать? – выпятила нижнюю губу Анджали, состроив гримаску, как в юности. – Надо радоваться, что теперь мы на вершине.

— Это так, на вершине, - Сахаджанья в третий раз покачала головой. - Но ещё теперь надо опасаться, чтобы не свалиться с неё.

— Не беспокойтесь, наставница, - сказала Анджали с той же уверенностью, с какой говорила в юности, что справится с любым самым сложным танцем. – Мы с вами не проиграем. Просто не можем проиграть, потому что мы – лучшие.

— Какой была хвастуньей, такой и осталась! – ахнула Сахаджанья. – Да ты понимаешь, что за несколько дней после возвращения нажила больше врагов, чем за всю свою жизнь до ухода в Паталу?

— Ой, ну о чём вы говорите? Какие враги? – беззаботно отмахнулась Анджали, чувствуя, что превращается в ту самую дерзкую девчонку, которой была когда-то.

— Зачем ты сняла с должности Трипти? Я помню, как она бегала за тобой, когда училась в младших классах. И как ты помыкала ею.

— Когда я ушла, - медленно произнесла Анджали, - Трипти не растерялась. Помощница несравненной Урваши? – она указала на вырезанную на ложе надпись. – Трипти просто нашла другой объект для обожания, только и всего. Нет, таким в нашей школе не место.

— И ты зря так обошлась с бывшей старшей апсарой, - понизила голос Сахаджанья. – Она мстительная. Она этого не забудет.

— Этоя не забыла, как она пыталась испортить мой арангетрам,

— Женская ревность была и будет всегда… - начала Сахаджанья, но ученица её перебила.

— Это не про ревность, наставница, - сказала она, блеснув глазами. – Это про обман. И про подлог. И про нечестную войну. Я бы назвала это нарушением дхармы, но апсары – не люди, им не надо соблюдать законы нравственности и справедливости. Достаточно раскрывать объятия всем и каждому. Боги закрывают на это глаза, но мы с вами, наставница, не будем настолько слепы. И внашей школе никогда больше никто не победит обманом. Только силой своего таланта.