Книга Не про Любовь!, страница 37 – Нора Ольвич

— Этот дилижанс? На него мы должны были попасть? Ида, посмотри на меня.

— Да. Почтовых карет сегодня больше не будет.

Стараюсь вобрать в себя все усилия мужчины, который кричит одно-единственное слово:

— Ливерпуль!

В его протяжном голосе — безнадёга, потому что станция пуста. Людей распугал шторм и суеверия. Ох эти шотландцы непредсказуемые. А ехать ему, почитай через всю центральную часть страны. Как же было бы хорошо, загрузив огромные непромокаемые тюки с почтой для Ливерпуля, заручившись несколькими пассажирами, отправиться в путь.

— Мистер…!

Он поворачивается на мой голос и, мне кажется, прежде всего смотрит на кружевное жабо под дорогим шёлком на плечах юной мисс. На её белый чепчик с кружевом и нежную светлую кожу лица.

— Это нам в Ливерпуль с сестрой. Это нас вы ждёте!

Глава 8

Скрываю складками юбки ладонь без перчатки, старюсь держать баул грациозно. Смотря в глаза мужчине, пытаюсь осторожно влиять на его подозрительность. Рассказываю, о том, что дядя – старший брат матушки нас будет ждать на конечной станции в Ливерпуле; спокойным голосом справляюсь про стоимость проезда.

— Вы и ваша сестра, мисс …?

— Мисс Элинор Данбар, к вашим услугам, мистер. Я путешествую со старшей своей сестрой леди Адель-Иден Данбар. Мы весьма рады, что успели по времени к вашему отбытию. В посёлке, что находится неподалёку отсюда нам указали именно на ваш экипаж, рекомендуя его надёжность и охрану.

— А ваши сопровождающие?

— Их нет. Они в Ливерпуле. Мы вернулись на родину из Франции. И действительно в данный момент ищем возможность как можно быстрее воссоединиться со своей семьёй.

Мой голосок затих. Не было нерешительности в нём, я была тверда в своей уверенности, что всё происходящее в порядке вещей. Обобщая информацию, не называла сроков и имён более.

Собираясь уже сопроводить нас в экипаж, мужчина замер от таких новостей. Я же старательно продолжала мысленно убеждать его. Смотря только в глаза. При этом «убирая» все лишние подозрения в его сознании.

Хотела, чтобы он вдруг «понял», что не может не взять нас в дорогу. Он не имел права оставить двух юных леди из благородной семьи шотландского баронета Данбар из Боута одних на дороге. Он просто обязан о нас позаботиться. Ведь у него дома осталась дочь, которую он воспитывает со своей матушкой. Она примерно моего возраста. Всё это мелькает картинками в сознании, и я чувствую, что силы мои на исходе. Ещё мгновение и я уже больше ни на что не смогу влиять. По спине стекали капельки пота.

— Вы недавно покинули Францию, нужно было так и сказать. Сколько судов и ботов причалило за эти месяцы к берегам Англии. Их не сосчитать.

Шепчет, с уважением глядя именно мне в глаза.

— Что же вам пришлось пережить с этой революцией? Говорят, головы аристократов полетели, скоро дело и до королевской семьи дойдёт, а ведь там дети малые. Однако нам пора. Три световых дня пробудем в пути. Я доставлю вас до дядюшки. Как же вам удалось бежать из этой жуткой страны? А я думаю, что за акцент звучит знакомый.

Он не задавал больше вопросов, помогая занять нам наши места. Сетовал на то, что почтовых отправлений из Эдинбурга в Ливерпуль нужно много доставить и даже в салон пришлось один баул с письмами затянуть. Что из-за этого всего два места свободно и больше он взять в дорогу никого не сможет.