Книга Затмение; Год 1666 – Части 2, 3, страница 43 – Нора Ольвич

Только мне, как когда-то и Каталине.

* * *

— Как высоки сегодня волны, и как прекрасен пенный прибой. Луна, она просто огромная, я отвыкла, что так может быть. В этом мире многое по-другому.

— А многое такое же, Душа моя.

Элена не уходила из моих покоев, смотря из окна самого верхнего этажа на море. Я же неторопливо ожидала окончания вечера, она всегда уходила, хотя я предлагала пожить ей в первое время вместе, привыкая к чужому дому.

Строго подняв пальчик, девушка сводила свои бровки и уверенно говорила, что у каждого, должно быть, своё личное пространство.

— Я всегда была против того, что вы с Каталиной спите вместе, это нехорошо.

«— моя любимая и такая загадочная Душа, своевольная и очень прекрасная, отчего я её так люблю»?

Она действительно становилась необыкновенно и чарующе прекрасной, ещё немного и мне казалось Жанна проявиться во всей своей красе, смешиваясь с обликом Элены.

— Дениз, пойдёмте в ваш будуар, вы покажите мне те украшения, я скучаю по ним.

Оказавшись с Элен в большом гардеробном помещении, я уж было подошла к сейфу как вдруг неожиданно была схвачена за руку и резко придвинута к себе.

— Чтобы вы не задумали, дорогая, я пойду с вами.

От неожиданности у меня перехватило дыхание.

— Элена, это не то, что вы подумали, вы никуда не пойдёте.

Мы шипели друг на друга как две разъярённые кошки, стараясь быть никем не услышанными. Сражаясь взорами как шпагами. Не ожидая от кроткой княжны такого напора, я пыталась вырвать свою руку. И я понимала, что начинаю, будто оправдываться перед ней.

— Оставьте это в самом деле, как вы несносны княжна!

— Только в этой жизни не надо меня опекать, я не буду пешкой в чужих играх. Итак, или я иду с вами, сестрица, или я не пойду на приём к Дожу вовсе, и виконтессу подговорю к этому, она его жуть как боится и не собирается быть его супругой. Будете сами там отдуваться вместе со своей любимой маркизой. Взамен я вам покажу что-то и возможно расскажу,… когда вернёмся.

— Элена, вы невыносимы. Занимайтесь своими парками, и музицированием, в подвале вам не место, это опасно.

В дверной косяк, в едва видимую шляпку гвоздя вонзился острый стилет, покачиваясь от сильного ударного взаимодействия с деревом, его рукоятка вызывающим блеском «смотрела» на меня.

— Мы идём вместе, вы меня слышите Анжелик?

— Княжна, что вы хотели мне рассказать, если я возьму вас с собой в эти старинные подземные катакомбы?

— Куда мы идём Дениз?

«— отчего она отвечает вопросом на вопрос и изменилась совершенно»?

— Вы всё увидите позже, Элена.

— Как вы ориентируетесь в этой темноте?

— Очень просто, вот по той канализационной трубе, вы её видите?

— Не совсем.

— Но ведь слышно же, как журчит вода в ней, это стоки с крыши заработали; начинается непогода, это так очевидно, вы встревожены, обопритесь на меня.

Мы осторожно пробирались по подземелью, я держала Элену за руку, в который раз мысленно удивляясь её капризам и несдержанности.

— Тогда, в прошлом… — её голос дрогнул.

Девушка перешла на русский язык будущего.

— Вы все меня тогда бросили и уехали, спасая Кристин от безумств испанского гранта, которому Франциск, словно, решив помочь оказывал всяческую помощь и поддержку, словно испытывая нашу семью. Он явно будто бы знал, у кого находится часть золота Тамплиеров.