Книга Я обязательно вернусь. Книга 3.2, страница 6 – Нора Ольвич

Ну как же, на французском и шотландском языках можно, и покричать. Кристанна всё равно ничего не смыслит в них. Она не поймёт их возмущённых криков.

А вот виконт Максимилиан он наблюдал, и, казалось, мне, что не так-то просто его будет провести. Какой, однако, задумчивый у него взгляд, подмечающий все мелочи. Но он будет молчать, понимая, что может потерять девочку, которую любит всем сердцем, потерять навсегда. За Росаной приезжал дед из Испании и этим всё сказано.

А молва она что?

Ей только и нужно, что-то новенькое и свеженькое; услышав разнести это по округе преувеличивая и приукрашивая в разы.

И вот уже вся долина знает, что княжна Христя совершенно влюбила в себя всех домочадцев. И что она совсем другая. С покрытым ликом приходит она каждое утро в православную часовенку, и молитва её тиха и безмятежна, бьёт девушка поклоны перед святым ликом, каясь в грехах и испрашивая для своей новой семьи и всей долины благоденствия и защиты от врагов. И горит печально одинокая свеча. А, затем на выходе тронет рукой канат и звучит по долине перезвон колокольный. И хочется слушать его долго, долго — вселяет он в души какую-то веру, что ли, обещая, что всё действительно будет хорошо.

А далее, дева долго скорбит возле склепа, приложив руку к сердцу, кланяется в пол, жалея старшую сестру. А потом не сводит взгляда с Мадонны, застывшей изваянием. Словно ждёт, появиться ли слеза из мраморных очей по памяти усопшей девы Каталины.

— Вы были у него в апартаментах?

Отец разглядывал меня. Наедине с ним я сняла с головы убор славянской княжны. В будуаре переодела домашнее платье.

Перед ним сидела девочка с виду примерно шестнадцати лет. Кудряшки ели, ели прикрывали уши. Тоненькая шейка, большие глаза. Протянув руку, он притронулся к волосам.

— Был.

Взгляд его мрачнел. А затем он задал вопрос, который мучил его очень долгое время.

— Там, где ты жила, и сейчас помнишь это, всё по-другому?

— Да. Там это время уже история, древность.

— Вот откуда у тебя столько знаний.

— Проснулась в монастыре как-то утром и поняла, что другой стала. Тебя это беспокоит?

— Меня, нет. Боюсь, что нечаянно выдашь себя. И они поймут. Я не могу потерять тебя вновь.

— Не бойся. Всё будет хорошо.

— А в Московии там как?

— В это время?

Он кивнул. А затем крутанул прядь длинных чёрных волос вокруг уха.

— Я читала об этом, сама жила в этом городе уже в далёком будущем, затем уехала к морю. Изучала историю многих стран и континентов в школе, это обязательно нужно было делать, дабы получить должное образование.

Мы шептались у меня в спальне, где гарантированно были глухие стены. Я рисовала ему здания моей современности и корабли, самолёты и поезда. Дивился князь. Верил и не верил. И всё же история интересовала его больше.

— Так вот, на Руси сейчас правит Иоанн Грозный, так назовут его потомки. Жестокий правитель, потерявший в молодости любимую жену. За это и осерчал на весь мир. Так поговаривают учёные мужи, подозревая, что её отравили. Но для страны царь Иоанн сделает очень многое. Он завоюет большое количество княжеств и объединит их в одно большое государство. Вот с кем нужно заключить Франции договор о мире и сотрудничестве.

А в таких домах, как наш в семьях правит Домострой. Это свод законов, в которых мужчина всегда прав.