Онлайн книга «Я обязательно вернусь. Книга 3.1»
|
Что он сказал ей в ту ночь у костра? Безумец. Он потерял её навсегда! Уже тогда! Это был приказ. Они всюду. Он не мог поступить иначе. Не уберёг, не защитил. Или мог? — Простите, Княгиня. — Военный корабль Шотландии уже зашёл в наш залив. За вами, мой принц. Простите и вы. Жаль, что я не увижу свои похороны. И подвенечное платье, которое так идёт мне. Жаль, что не будет свадьбы. Нашей! Слеза скатилась из распахнутых, невинных, смотрящих, словно в никуда глаз. Просто капелька крови. — Мадонна! Она плачет! Кровью! Её слёзы, это кровь невинного человека! — И кузнец, подхватив на руки свою Донну, вынес её из храма. Тот вой толпы, невозможно было слышать, невозможно его описать. Крупный мужчина стоял на крыльце часовни, держа на руках девушку. Хрупкую и прекрасную, нежную как лепесток магнолии. Убитую безумным женихом. Он смотрел в синее небо и рыдал! — Месть! Она должна быть отомщена! — Кто первый это произнёс? Это услышали все! — Сжечь колдуна! Чернокнижник! Убийца. Отравитель! всё это происходило как в страшном сне. Озверевшая толпа ворвалась в часовню, её было не остановить. Мы были не готовы к этому. Его выволокли на улицу. Мадонна! Костёр, он долго ещё пылал в темноте. Его сложили на берегу, за крепостной стеной. Закрепили кол большими валунами. Ими никто не руководил, забрать тело осуждённого у толпы было невозможно. Её ярость была неконтролируема. Я не знаю, был ли он жив, когда пламя поглощало его. «— … Ромка, ведь это был не ты. Правда? Всё это время, это был не ты! Скажи мне, умоляю!» Корабль короля не успел забрать предполагаемого заключённого, но зато бывалые вояки, что находились на нём, смогли насладиться зрелищем сполна. Будет что рассказать своему королю. Про сожжённого истинными верующими реформаторами, испанского католика — убийцу невинных дев и проповедников. И про отпевание прекрасной Донны. Когда в храм набилось уйма людей, а кто не вместился, стояли на улице в оглушительной тишине. И вся долина была в цветах. Так любимых ею. Как рыдали простые люди, когда деву в подвенечном платье несли в склеп. И как верный слуга, кузнец, заваривал вход в святилище, делая его неприкосновенным. Стекольных дел мастера залили всё расплавленным стеклом. К саркофагу отныне приходят женщины с молитвой. А у огромной статуи Мадонны, которая установлена у бывшего когда-то входа в склеп, поговаривают, текут слёзы, когда солнце встаёт над бухтой. Она скорбит по невинной деве Каталине, как и все на острове. Сломлен горем её отец, вся семья не выходит из замка и не допускает туда чужих людей. Объявлен Великий пост и траур, он лёг на княжество чёрным покрывалом на целый год. Поговаривают, что через год семья уедет в другое имение, а в замке будет учреждён женский монастырь пресвятой Девы Марии. Глава 17 '— Княгиня, вы не против, если завтра объявят о нашей помолвке? — Дитя. Как несправедлив мир к вам. Я отпускаю вам грехи ваши. — Дона Каталина, ваше решение? — Вы словно ребёнок. Беспомощный и глупый! — Он отравил её, Мадонна! Моя сестра, мой Ангел…'. * * * — Каталина, проснись, посмотри на меня, умоляю! Мы не можем её оставить в склепе, мессир Вейлр, забирайте её. — Княжна, вы уверены, что она жива, а не упокоилась с миром? — Арман сказал, если она не проснётся, значит, нужно нести её на руках в прежние покои. Только как мы её спустим в подземелье? |