Книга Брачный приговор, страница 87 – Натаэль Зика

Святилище, где несколько поколений герцогов де Эмер сочетались браком, отпевали усопших и представляли роду новорождённых, встретило его полумраком и запахом воска.

Световые шары под потолком горели вполнакала, отбрасывая длинные тени на каменные стены. Алтарный камень в центре сиял чистотой и излучал тусклое мерцание.

Его встречали трое священников.

— Милорд…

Но Виллем так на них зыркнул, что они тут же порскнули прочь и растворились в тенях.

Убедившись, что остался один, его светлость опустился перед алтарём на колени.

— Я всегда был благодарен родичам за жизнь, — сказал он громко, и голос его ударился о своды. — Неуклонно берёг доверенные мне земли, заботился о благополучии подданных и чтил память предков, регулярно посылая в храм щедрые дары! Но недавно духи меня предали — отобрали данное благословение и аннулировали мой брак с графиней де Сафир. Этот союз крайне важен для процветания герцогства, и я не понимаю — за что вы, духи, так со мной поступили?! Я требую внятных объяснений и исправления этой ошибки!

Тишина.

Ни шороха, ни дуновения, ни искры на алтарном камне.

— Я требую! — повторил он, ударив кулаком по каменной плите. — Я — герцог де Эмер! Ваша кровь течёт в моих жилах, и я имею право знать!

Ничего.

«А! — вспомнил герцог. — Дары ждут! Уже померли, а всё им мало!»

Виллем вытащил нож, срезал с камзола драгоценные камни, которые исполняли роль и украшений, и пуговиц. Затем бросил их на алтарь. Густо-красные рубины багровыми каплями прокатились по поверхности, пока не замерли в центре.

— Это мой вам дар! — объявил герцог. — Теперь я жду вашего ответа.

Алтарь оставался холодным. Драгоценные камни лежали там, где упали, — ни один не исчез.

Духи его жест не оценили.

— Мало дал? — буркнул его светлость. — Сейчас добавлю!

Он сорвал с пальца перстень с крупным рубином — фамильный, тот, что передавался из поколения в поколение. Швырнул на алтарь.

— Возьмите! Надеюсь, этого достаточно?

Подношения по-прежнему оставались нетронутыми.

Тогда герцог достал из кармана кошель и добавил его содержимое — золотые и серебряные монеты — к лежащим на алтаре драгоценным камням. Потом снял с шеи цепочку с медальоном и отправил следом.

— Берите! — шипел он, уже плохо себя контролируя. — Забирайте всё! Только скажите — за что? За что вы лишили меня жены, а нашу землю — выхода к Перекрёстку?!

Духи продолжали безмолвствовать, а груда даров не уменьшилась ни на один камень или монету. Всё лежало там, где упало, — мёртвое, ненужное, отвергнутое.

Виллем снова опустился на колени, упёрся лбом в холодный камень и замер.

— Что вам надо? — прошептал он. — Скажите! Я готов отдать всё, что у меня есть. Только ответьте — за что? Почему вы так со мной поступили?

И вдруг воздух дрогнул.

Световые шары под потолком вспыхнули ярче, а алтарный камень начал мерцать — сначала слабо, потом сильнее. По храму прошёлся ветер — холодный, злой, от дуновения которого по телу пробежала дрожь.

Голос пришёл ниоткуда — и сразу отовсюду. Шёпот, который складывался в слова, но было непонятно, откуда он исходит.

— Ты отдаёшь то, чего тебе не жалко, — произнёс он, и в голосе этом не было ни гнева, ни презрения — только холодная, бесконечная усталость. — Золото. Камни. Вещи. Что они значат для тебя? Ничего. Ты легко можешь их заменить такими же.