Книга Не ложися на краю, страница 72 – Галина Нифонтова

— Нужно попробовать развести огонь, иначе ночью здесь будет ещё холоднее, — разговаривала она с ягнёнком.

Настя была рада, что питомец рядом с ней. Девушка старалась не думать о том, что совсем недавно на двух лавках лежали мёртвые хозяева жилища, а сейчас она находится здесь совсем одна. Пока ещё тусклый свет пробивался внутрь, Анастасия подошла к полке, недалеко от печи, и пошарила там рукой. Нащупала небольшой холщовый мешочек, присела у очага и вытряхнула на пол огниво с кусочком сухой бересты.

— Подожди тут, я сейчас вернусь, — почесала Чипа за ухом и вышла на улицу.

Настя подошла к ближайшей хозяйственной постройке, нащипала заготовленное сено для ягнёнка, прихватила ещё три полена и вернулась в полуземлянку. У бревенчатой стены положила ворох сена, тут же подбежал Чип и, довольно размахивая маленьким хвостиком, принялся за еду. Девушка взяла глубокую миску, налила туда воды из кувшина и поставила её на пол, недалеко от кучки сена, чтобы напоить питомца.

— Будь как дома, малыш! Отныне ты только мой и будешь жить здесь! — Анастасия улыбнулась, погладила ягнёнка по спинке и отошла к печи, чтобы впервые в жизни самой попробовать разжечь огонь.

Настя немного задумалась, вспоминая, как Добран учил её пользоваться огнивом. Она сложила перед собой на глиняный пол маленькие поломанные веточки, а сверху — кусочек сухой бересты. Взяла левой рукой кремень, правой — кресало. Решительно кивнув, девушка стала стучать металлической пластиной об твёрдый камень, пытаясь высечь искры и поджечь бересту. Анастасия пыхтела, видела искры, но долгожданного дыма всё никак не было. Она психовала, стучала быстрее, трясла уставшими кистями и продолжала вновь.

— Ай, зараза… — воскликнула девушка, зажмурилась и склонилась вперёд.

Настя попала кресалом по пальцам левой руки, на её глазах появились слёзы. Девушка выругалась, с обидой бросила всё на пол и подошла к выходу из жилища. За то время, пока она пыталась развести огонь, на улице уже стемнело. Жители без надобности перестали оставлять горящие костры в центре поселения. С наступлением холодов ветра усиливались, и это могло привести к возгоранию ближних построек. Анастасия понимала, что остаётся лишь один вариант — попросить огня у других жителей, но ей не захотелось на ощупь идти до ближайшей полуземлянки и вновь напоминать жителям, что она неумёха из другого мира. Девушка фыркнула, прикрыла вход и, выставив вперёд руки, чтобы не упасть в темноте, добралась до своей лежанки. Несколько часов она ворочалась, натягивала шкуру до самых ушей, чтобы согреться, и наконец уснула.

Ближе к середине ночи дверь жилища медленно открылась, и у входа появился Изяслав. Мальчик с лучиной в руках подошёл ближе к Насте и грустно улыбнулся. Сестрица, закутавшись в шкуры, прижимала к себе ягнёнка, чтобы согреться, и мерно посапывала, вновь видя сон с участием Лучезара. Девушка то хмурила брови, то счастливо улыбалась, периодически ёжась от холода.

— Эх, Настя, Настя… — шепнул Изяслав, заметив на полу у печи неудавшуюся попытку разведения огня.

Спустя какое-то время Анастасия зашевелилась и приоткрыла глаза. Её уже не трясло от холода, вокруг на стенах плясали тени и слышалось успокаивающее потрескивание поленьев в печи-каменке.

— Изяслав? Ты вернулся… — девушка села, свесила ноги и сонно убрала волосы со лба.