Книга Сестра грифонам, страница 190 – Джен Уильямс

Феллдир покачал головой:

— Я буду рад любому вину, которое ты сможешь предложить мне, человек, но я не могу покинуть Черный город. Магия, скрепленная кровью, держит меня здесь. Моя судьба – вечно ждать, охраняя Черный город от воров и нарушителей границ. Это мой долг и мое наказание.

— Да, я видел, что делают здесь с нарушителями.

Каэто снова сел на пол и скрестил ноги. Не потому, что чувствовал себя в безопасности, отнюдь; просто понял, что Феллдир настроен на разговор.

— А мы разве не воры и не нарушители в твоих глазах? Сколько ты уже терпишь нас здесь, а мы все еще не понесли заслуженную кару. – Он улыбнулся, давая Титану понять, что шутит. – Что в нас такого особенного?

Феллдир снова устремил на него свой зловещий янтарный взгляд.

— Может быть, я просто устал убивать. Возможно, мой желудок пресытился человеческим мясом. – Он улыбнулся одними губами. – И может быть, я еще передумаю.

Он пошевелился, и его огромные крылья, аккуратно сложенные на спине, слегка раскрылись. Каэто невольно похолодел.

— Ты чего-то недоговариваешь?

И тут Феллдир захохотал, впервые за все время.

— Много всего, легкокостный. Всей твоей короткой человеческой жизни не хватит, чтобы выслушать все, что я могу тебе рассказать. Твоя женщина еще хочет проникнуть в Подземелье? И ты тоже?

Каэто поморщился:

— Она не моя женщина. Не думаю, что на Тайли вообще найдется охотник… в таком смысле. Да, она ищет проход в тайное место под городом.

— Ну что ж, если вас не отговорить, то вот, держи. Пригодится.

Феллдир сунул руку куда-то в свои лохмотья и протянул Каэто кусочек кости титана, серебристо-голубой и зеленой. В пятнистом свете, падающем сквозь отверстия в стенах, Каэто безошибочно определил форму кости и тут же перевел взгляд на забинтованную руку титана. Его замутило.

— Это… твое? Ты отрезал себе палец? Зачем?

Феллдир встал, развернул крылья так, что они заполнили пространство внутри каменного шара от стенки до стенки, и бросил кость на пол.

— Возьми. Это понадобится твоей ведьме.

Каэто поднял кость. Ему пришлось напрячь всю силу воли, чтобы продолжать сидеть и смотреть на титана. Посланник чувствовал себя маленьким и уязвимым, и в то же время в нем поднялось раздражение. Мало того что ни один его вопрос так и не достиг цели, к чему он не привык, так теперь от него еще и отмахиваются, как от ребенка, которому велят идти спать как раз в тот момент, когда начинается самое интересное.

— Спасибо, – сказал он.

— Не благодари. Ты еще не знаешь, что вы там обнаружите.

— Ты поговоришь со мной еще, если я вернусь и принесу вина?

— Может быть…

Снова подул ветер, и каменные шары вокруг музыкально вздохнули.

— …А может быть, я тебя съем.

— Пошевеливайтесь.

Был самый темный час ночи. Быстро бегущие облака скрыли луну, так что Левен едва видела собственную руку, даже поднося ее к лицу. Еще хуже она видела Киллиана, шедшего впереди. Он-то, похоже, видел в темноте как кошка, а вот Левен на каждом шагу рисковала сломать себе шею. Какие-то кочки то и дело подворачивались ей под ноги, трава обвивалась вокруг лодыжек, а тонкие ветки кустов и деревьев норовили вцепиться в волосы или хлестнуть по лицу. Поэтому, хотя Левен очень старалась не сводить глаз с изогнутых рогов Киллиана, все равно временами теряла их из виду.