Книга Сестра грифонам, страница 193 – Джен Уильямс

Нежное сияние рассвета разбудило болота вокруг, и они колыхались, полные невидимой жизни.

— Значит, так, – сказала принцесса. – Мы шли на юг, в Лондус, и сразу попали в засаду. Я надеялась, что нам удастся проскочить раньше, чем они до этого додумаются, но, похоже, они переиграли нас и расставили засады на всех путях, которые ведут к югу. Киллиан, а что сделают другие друины? Встанут на их сторону? Значит ли это, что за нами теперь охотятся все рогатые в Диком лесу?

Он помрачнел:

— Мой народ не питает любви к Мерсии, но убийство королевы и принца – серьезное преступление, независимо от того, где оно происходит. Так что вряд ли они встанут на нашу сторону. Но это еще не все. – Друин сделал небольшую паузу. – Судя по тому, что сказала Лавдей, у атхорнов есть свои люди в Досрайхе. А значит, Заповедный дуб нам не защитник.

Эпона кивнула. Синие полосы растеклись по ее лицу, придав ей болезненный, призрачный вид.

— Тогда отправляемся прямо на север.

— Зачем? – спросила Левен. – Что там находится?

— Галаброк, древнее королевство моей матери и моей сестры Сени. Севернее него вообще ничего нет, только грифоны.

Услышав о грифонах, Левен невольно обхватила себя руками.

— А потом что?

Эпона опять всплеснула руками и тут же беспомощно уронила их. Некоторое время все трое стояли, не глядя друг на друга, а вокруг орали лягушки и жужжали какие-то крошечные твари. Снова стало темно, серебристый свет погас, оставив на болотной воде блестящую дорожку, ведущую в никуда. Левен озадаченно нахмурилась. Разве только что не рассвело?

— Твоя сестра, – заговорила она, чтобы нарушить тишину. – Она защитит нас?

— Да, – твердо сказала Эпона. – Правда, я уже много лет не посещала Галаброк и не видела ее, но, когда я наведывалась туда в последний раз, это было хорошее место для тех, кто хотел проявить себя. Городские стены крепки, а жители верны Лондусу.

Услышав это, Левен вдруг почувствовала себя неуютно. Ей вспомнились империя и императрица. Некоторое время в городе ходил слух, будто она отравила свою сестру, чтобы никто не усомнился в ее праве на престол, а потом те, кто ценил свою жизнь, перестали говорить об этом.

— Твоя сестра сама правит Галаброком?

— Конечно. – Впервые с начала этого разговора в голосе Эпоны прозвучало легкое раздражение. – К чему ты клонишь?

Левен покачала головой:

— Да нет, просто спросила. Я ведь ничего не смыслю в здешней политике, так что тебе виднее.

— Как любезно с твоей стороны. – Эпона снова широко улыбнулась. – Боюсь, что именно в это мы и влипли. Политика Бретлении – это яма, полная гадюк, и мы прямо в нее и угодили. Кто мог желать смерти королеве Исмир? Более того, кто мог хотеть, чтобы виновными в ее убийстве посчитали нас?

— Неужели уже стемнело? – Левен повернулась, чтобы посмотреть на болото.

Тени тянулись к ним по воде, но не только тени – по поверхности вод к ним явно двигалось что-то еще, древнее и гниющее.

— Мы слишком задержались, – заговорил Киллиан. – Логово нежити – не место для отдыха. Надо уходить, пока мы не вляпались во что-нибудь похуже политики.

— Ладно. – Левен провела руками по волосам. – Значит, идем на север. И будем молиться звездам, чтобы нам удалось ускользнуть от атхорнов.

— А как ты себя чувствуешь? – Эпона нежно положила руку на плечо Левен. – Как здоровье у нашего герольда? В первый раз, когда появились атхорны, мне показалось, что ты… на минутку отключилась.