Книга Сестра грифонам, страница 229 – Джен Уильямс

— Даже не знаю, зачем я вожу их с собой столько лет, – говорила алхимик. Солнце уже село, и костер был единственным источником света, затмевавшего звезды. – Выбросить их почему-то всегда казалось мне неправильным. Когда-то они были частью моего тела, они проросли из меня, вот я и ношу их с собой долгие годы. А может, все дело в том, что рога – это магические артефакты, и я знала, что когда-нибудь они мне пригодятся. Вообще-то даже странно, что друины позволили мне забрать их, когда изгоняли меня с острова.

Каэто нетерпеливо помотал головой. Огромным усилием воли он заставлял себя сидеть у костра и слушать эти бредни, хотя мог спуститься в Подземелье и продолжить искать Белизу.

— Значит, ты с Бретлении, – коротко сказал он. – Почему я этого не знал? Я много раз читал твое досье у императрицы.

Тайли пожала плечами:

— То досье – подделка. Империя сочла меня настолько полезной, что решила закрыть глаза на то, кто я и откуда.

Она нерешительно протянула руку к повязке и после секундного колебания стянула ее с головы. Чуть выше линии роста волос по обе стороны лба открылись две плоские костяные пластинки. Тайли постучала по одной из них пальцем. Каэто стало смешно и противно одновременно. Как он мог быть настолько слеп? Как же легко скрыть тайну под маской эксцентричности!

— Я могла многое рассказать вам о таинственном народе Бретлении, но у меня не было желания.

Каэто сразу кольнуло это «могла» – почему в прошедшем? – но он ничего не сказал. А Тайли продолжила:

— Я родилась в одном из самых бедных районов королевства Мерсия, там, где отношение к друинам… непростое. Друинов там не уважают и не считаются с ними так, как везде на Бретлении. Но меня это не волновало. Меня всегда манил Дикий лес, и, когда я услышала истории о рогатых людях, лесных защитниках и смотрителях, я поняла, что должна стать одной из них. Я почти не помню своих отца и мать. Они были фермерами – скучными, нелюдимыми, лишенными воображения. Я ушла в Досрайх, как только достаточно подросла, чтобы добраться туда в одиночку.

— Город друинов.

— Да, но не такой, как города в империи. Сначала я была очарована им. Мы жили и учились внутри огромного дерева, узнавали тайны леса. Даже Друиданнон мне нравился.

Тут она взглянула поверх костра на Феллдира, но если имя его древнего врага и произвело на отанима какое-то впечатление, то на его лице это не отразилось.

— Он может очаровывать, когда захочет, а тогда он был еще очень мудр. От него я узнала, как открывать тайные Тропы, пересекающие Дикий лес, как слушать и смотреть через животных и растения, как подключаться к зеленой силе любого места и управлять ею, а также как общаться с лесными душами, которых они называют дунохи. Но потом, когда я все это узнала и освоила… мое образование прекратилось.

— Они перестали тебя учить?

— Старейшины сказали, что больше учиться нечему, и вот это было глупо.

Тайли коротко хохотнула. Даже спустя десятилетия в ее голосе звучала горечь.

— Я видела, что Дикий лес полон неиспользованной силы. Я чувствовала ее всем своим существом. Говорят, что, когда друин соединяется с лесом, в его жилах начинает течь больше древесного сока, чем крови, и меня бесило, что эта сила находится вне досягаемости.

Алхимик коротко помолчала.