Книга Сестра грифонам, страница 41 – Джен Уильямс

— Опасности нет, – сказал он привратнице, которая наградила его свирепым взглядом.

— А то я не знаю, – рявкнула она. – Уж лучше, чем ты, вижу, когда опасно, а когда нет. Ходят тут всякие козлорогие, работать меня, видишь ли, учат…

Они медленно пересекли Медвежий двор, и привратница оставила Киллиана у двери Большого зала.

Дверь была высотой в человеческий рост и ничем не давала понять, что за ней обитает титан. Киллиан робко постучал. Он чувствовал себя немного глупо. Мгновение спустя из отверстия в стене примерно в десяти футах над ним высунулась огромная косматая медвежья башка. Это и был Друиданнон. Его глаза блеснули, отражая свет лампы, и башка спряталась.

— Входи, юный Киллианос! Не стой там, сопли не жуй!

Киллиан сделал глубокий вдох и открыл дверь. Внутри зал почти ничем не отличался от того, что окружало его снаружи: пол покрывала густая трава, сквозь которую тут и там пробивались молодые деревца. И лишь высокие стены вокруг, сводчатый потолок наверху да мощные деревянные балки, с которых свисали массивные светильники, напоминали о том, что это все же не улица. В стенах, у самого потолка, находились щели, в которые Друиданнон любил время от времени выглядывать наружу. Хотя зал не вполне правильно было бы назвать «внутренним помещением» – у него не было четвертой стены, и именно через это отверстие появлялся и исчезал Друиданнон. Людям категорически запрещалось пользоваться этим порталом. И не только ради почтительности – всякий, кто мог там оказаться, рисковал быть случайно раздавленным огромной лапой.

— Мой повелитель? – Киллиан шагнул внутрь.

В прошлом он видел Друиданнона почти каждый день – сначала учился у него, потом начинал служить под его командой, но даже тогда огромный древний титан каждый раз заново поражал его своим видом. Это был огромный старый медведь, примерно тридцати футов ростом, с буро-черной шкурой. Его квадратная голова завершалась длинной мордой, покрытой старыми шрамами, а каждый коготь на его массивных лапах был длиной с половину руки Киллиана. Старый медведь постоянно носил что-то вроде короны из живых ветвей, на которых продолжали расти листья, цветы и плоды, а когда из его пасти падала на землю капля слюны, в том месте, куда она упала, вырастал цветок. Ходил Друиданнон на задних лапах, как человек, но сейчас он сидел сгорбившись, как медведь, а его умные карие глаза смотрели с прищуром.

— Вот и ты, – сказал он так, словно ждал Киллиана несколько дней. – Рога тебе идут, правда? Я так и думал, что они пойдут тебе. Как ты себя чувствуешь с тех пор, как стал одним из нас, Киллиан?

— Хорошо, мой повелитель. – Киллиан коснулся пальцами кончика рога, растущего из его левого виска.

С тех пор как Дикий лес принял его, прошло уже семь лет, так что он едва помнил, каково это – жить без рогов, но у древнего Друиданнона были свои отношения со временем, необычные даже по меркам друинов. Например, он мог начать расспрашивать о событиях далекого прошлого так, словно все случилось не далее чем утром.

— Все мои надежды сбылись, – сказал Киллиан. – И даже больше.

— Однако ты худоват. Скажи-ка мне, ты ведь не забываешь поесть, а? Знаю я вас, друинов, – в голове у вас вечно одни вершки, корешки, звери, птицы и прочее хозяйство, а подкрепить свои силы и мысли нет, а ведь это очень важно. – Друиданнон неуклюже поднялся на ноги. – Пойдем пройдемся немного, Киллиан. Видишь, уже почти рассвело.