Книга Сестра грифонам, страница 6 – Джен Уильямс

Форо снова посмотрел на нее в упор, и Левен даже отшатнулась, напуганная его остекленевшим взглядом и страхом в глазах.

— Мы много чего повидали во время кампании, – продолжал он, – но мне еще никогда не было так страшно, как сейчас. Я больше не знаю, кто я. Мой мир рухнул.

— У тебя что, жар? Наверное, подцепил у неосвященных какую-нибудь заразу. Одни звезды знают, что там у них водится. К целителям ходил?

Но Форо покачал головой:

— Помнишь наш последний бой в Ламабете, там, где Зеленая река вытекает из гор? Что мы там делали?

— Хватит, не надо об этом, – перебила его Левен.

Она одним глотком осушила свою кружку и оглянулась на стойку. Ей захотелось оказаться где-нибудь в другом месте.

— Хватит. Давай пить, пока ноги держат, а когда перестанут, скатимся вниз по склону в таверну поживее этой. Вот чем мы должны заниматься сейчас, а не перебирать былые подвиги, как древние старики на завалинке.

— Подвиги, говоришь? – Форо покачал головой. – Значит, ты забыла Зеленую реку.

— Ничего я не забыла!

Просто не хотела вспоминать. Разбитая армия неосвященного Ламабета отступала, спасаясь бегством с места своего последнего столкновения с силами империи, уходила на север, где, похоже, надеялась обрести укрытие. Среди отступающих было много раненых, в том числе тяжелых, – их несли на себе товарищи; но и боеспособных солдат и офицеров осталось немало – во всяком случае, так сказала им Босс, – так что за ними стоило проследить. День выдался холодный, шел дождь, и река стремительно несла свои воды, чей сильный минеральный запах витал буквально повсюду, так что у Левен порой перехватывало дыхание. Герольды терпеливо, даже с ленцой, посматривали на копошащегося внизу разбитого врага со своего наблюдательного пункта на скалах, нависших над рекой. Левен вспомнила, что стальные шлемы врагов заблестели, как новенькие монеты, когда дождь смыл с них пыль и кровь.

— Еще бы ты забыла, – сказал Форо. – Это же была настоящая бойня.

Левен покачала головой. Захотелось еще выпить, только чего-нибудь покрепче. Хотя в окна таверны лился яркий солнечный свет их полуденной империи, ей вдруг стало холодно. Как будто холод Зеленой реки настиг их здесь, вызванный из небытия воспоминанием.

— Выпей чего-нибудь и взбодрись уже, а, пес тебя задери!

Босс скомандовала им построение, и они встали вдоль края обрыва, как статуи на краю крыши. Их заметили: снизу понеслись слова команды, но голоса командиров походили на крики испуганных птиц. В рядах герольдов раздались смешки – конец войны был уже близок, все казалось таким легким, – но Левен вдруг ощутила неприятное стеснение в животе. Враг отступал, израненный и обессиленный. Для армии империи он больше не представлял угрозы. Но когда Босс отдала приказ, Левен, как и все остальные, шагнула с обрыва в зияющую пустоту и с радостным, как всегда, криком развернула крылья. Они раскрылись у нее за плечами, как два огромных осколка смертоносного синего стекла, и она устремилась вниз, целясь в людей внизу, которые в панике уже бежали в разные стороны. И если у нее и были какие-то сожаления, когда она сразила первого, кто попался ей под руку, то сейчас она ни о чем подобном не помнила. На поле боя нет места сомнениям и жалости; там нужно выживать, проливая чужую кровь и наслаждаясь титанической силой, которую дала тебе магия.