Книга Два сплетенных венца, страница 95 – Рейчел Гиллиг

— Будь осторожен, дестриэр, – выдавил он из себя, склонившись к лицу Горса, которое уже пошло пятнами. – Будь мудр. Будь добр.

Последним жестоким толчком он раздавил Горсу трахею.

По двору пронеслись медленные голодные возгласы одобрения. Они жаждали крови дестриэра. И Горс, погруженный в великий последний сон, обратился в кровавое полотно. Рана, нанесенная косой, истекала алым – и это алое впитывалось в грязь, напитывая почву, прокладывая путь по линиям на ладонях Рэйвина.

Магия дыма рассеялась, унося с собой ярость и ненависть.

Рэйвин замер с трясущимися руками и уставился на Горса. В этот раз желчь сглотнуть не удалось: Рэйвин отклонился в сторону, и его вырвало в грязь. Он тяжело дышал, и это дыхание болью отдавалось в отбитых ребрах.

Во дворе воцарилась пугающая тишина.

Рэйвин поднял глаза. Кто-то прорвался внутрь круга и встал между ним и Джеспир: женщина без маски и двое мальчишек за ней. Она носила зеленое платье и такой же зеленый плащ с белым древом, вышитым у самого ворота. Ее седеющие золотые волосы были распущены, а ореховые глаза широко распахнуты. Очень знакомо распахнуты…

И устремлены на Кошмара.

Опал Хоторн прижала руку ко рту.

— Элспет, – выдохнула она со слезами на глазах. – Ты жива.

* * *

Ото отдала несколько коротких приказов, и двор опустел. Зрители потянулись в форт, поглядывая пустыми глазницами своих масок на Рэйвина. Они утащили тело Горса за собой, и кровавый шлейф, тянувшийся за ним по земле, стал последней данью дестриэра королевству, которому он служил.

Рэйвин сжал кулаки, но это не помогло ему утихомирить дрожь.

Опал стояла напротив прикрученного к столбу Кошмара, не сводя взгляда с того, что когда-то было ее племянницей, и в глазах у нее стояли слезы. Рэйвин был хорошо знаком с этой болью. Она увидела деву с черными волосами и решила, что это Элспет – пока не встретила взгляд ужасающих желтых глаз.

Опал коснулась ладонью щеки Кошмара – совсем как Айони когда-то в подземелье – и побледнела.

— Что с тобой произошло? – прошептала она. – Ты… изменилась.

В лице Кошмара была мягкость.

— Да.

— Ты… ты не Элспет.

Кошмар промолчал. Рука Опал бессильно опустилась. Она отступила от столба и разрыдалась. Рядом с ней стояли ее мальчики, широко раскрыв глаза и уставившись на Кошмара. Но когда Рэйвин сделал шаг вперед – чтобы объяснить, – Хесис выхватила из-за пояса шпагу.

— Назад.

— Я не понимаю, – сказала Опал, смахивая слезы со щек. – Почему их схватили и держали как пленников? – Она посмотрела на Джеспир: – Это она предупредила меня, что дестриэры идут за нами.

Ото застыла.

Джеспир дотянулась до ладони Опал и мягко поинтересовалась:

— Как вы с мальчиками здесь оказались?

— Я привела ее, – отозвалась Хесис из-под своей костяной маски. – Крепость, о которой говорил ваш капитан, переполнена. Но здесь, у нас, достаточно места, и королю до нас не дотянуться. Так мы думали.

Ото и Хесис склонились ближе, прислушиваясь к тому, как Джеспир объясняла Опал, что случилось с Элспет в ту ночь в доме Спиндлов. Она поведала женщине и о том, что Тирн, Эрик и Айони сейчас в Стоуне, и о том, зачем их отряд отправился в лес.

Рэйвин отошел к столбу.

— Ты в порядке, приятель? – пробормотал Петир.

Рэйвин все еще ощущал под своей ладонью дергающееся горло Горса.