Книга Одно темное окно, страница 71 – Рейчел Гиллиг

Мы остановились посреди длинного коридора с комнатами. Рэйвин открыл дверь, петли заскрипели в знак приветствия. Я шагнула в помещение, серый лунный свет просачивался сквозь окно. А когда повернулась, чтобы закрыть дверь, капитан, нахмурившись, все еще стоял на пороге.

Мой голос прозвучал резко:

— Что-нибудь еще?

Он провел рукой по подбородку и покачал головой.

— Я не хотел показаться бесчувственным, мисс Спиндл, – отчеканил он. – Мне так долго приходилось притворяться, скрывать часть себя – свою магию – так глубоко, что я забыл, как о ней говорить. – Взгляд Рэйвина встретился с моим, ища то, чему я не могла дать названия. – Вы можете меня понять?

Могу. Лучше большинства. Разве не я с самого начала скрывала от него свою способность поглощать Карты Провидения? Разве не солгала его семье, заявив, что могу видеть цвета карт, хотя на самом деле за меня это делал пятисотлетний монстр в голове? Я скрывала ложь недомолвками, хранила свои секреты. Темные, опасные секреты.

Возможно, именно поэтому Рэйвин Ю так сильно меня раздражал. Легче ненавидеть его за скрытность и отсутствие честности, чем признать, что ненавижу себя по тем же причинам.

Но я не могла сказать об этом капитану. Мне с трудом удавалось признаться самой себе.

Я шагнула вперед, вынуждая Рэйвина выйти из комнаты, изображая вежливость, которой не ощущала.

— Ваш дом кажется очень уединенным – стоит на краю города, так близко к лесу. Вдали от сплетен.

Еще сильнее нахмурившись, Рэйвин окинул взглядом мое лицо, словно я книга, написанная на языке, который он не мог расшифровать.

— И?

Мне доставляло удовольствие наблюдать, как он пытается меня прочесть. Капитан ранил мою гордость. И теперь моя гордость требовала крови.

— Это облегчает бремя притворного ухаживания, которое, как я понимаю, вам противно. – Моя улыбка не коснулась глаз. – Здесь, вдали от сплетен, нам не нужно притворяться теми, кем мы не являемся.

Взгляд Рэйвина не отрывался от моего лица. Если мои слова и укололи капитана, то виду он не показал. И только наклонился.

— И кто же мы, мисс Спиндл?

Напряженность его взгляда заставила меня отступить на шаг.

— Никто, – произнесла я. А потом, назло, спросила: – Разве не этого вы желали?

В серых глазах Рэйвина что-то вспыхнуло. Не гнев, но нечто настолько же мощное. На мгновение в его каменном выражении лица промелькнуло напряжение. Пальцы сжались на подсвечнике, плечи выпрямились, тело напряглось – будто он весь полностью сосредоточился на мне.

Но капитан ничего не сказал – не предложил ни объяснения, ни опровержения.

Его молчание ощущалось острым клинком. Горько ужалив, оно резануло меня по внутренностям. Пытаясь ранить Рэйвина Ю, я ранила только себя.

— Так и думала, – отрезала я, захлопывая дверь перед носом капитана дестриэров.

Сон напоминал призрака, и когда я проснулась, он ускользнул, растворившись в прохладном воздухе, окутавшем комнату за ночь. Я завернулась в одеяла и попыталась снова заснуть, но безмятежность не приходила, и я лежала в беспокойстве, холодном и тревожном, боясь того, что готовил мне день. Боясь, но в то же время предвкушая.

Я спала в платье, которое надела на Равноденствие. Когда встала, на руках заметила следы от того, что ткань впилась в кожу.

В комнате было темно, шторы задернуты. Но внутренний ритм подсказывал мне, что уже давно рассвело. Я села и огляделась по сторонам затуманенным взглядом.