Книга Воин тумана, страница 129 – Джин Родман Вулф

Перестук молотков был подобен биению сердца. Я долго слушал его и дивное пение детей, любуясь танцем; девочки были в венках из цветов, мальчики – в венках из соломы.

И вот танец кончился, молотки смолкли.

Маленькие танцоры застыли, не нарушая круга. Та женщина, что отбивала ритм, встала, и другая женщина повела ее к алтарю. Девочка, стоявшая к алтарю ближе других детей, пошла с ними вместе.

Женщина с молотками оказалась слепой; у алтаря вторая женщина и девочка поддерживали ее; она коснулась камня своими молотками и положила их на него.

Потом, с помощью второй женщины, она подняла девочку и тоже положила на алтарь. Затем выбрала один из молотков и двинулась вокруг алтаря, пока не остановилась рядом с головой лежащей девочки.

Я передвигался как бы с нею вместе, но быстрее, хотя мне нужно было преодолеть куда большее расстояние: обойти поляну кругом, чтобы алтарь оказался между мною и теми, кто наблюдал за обрядом. А когда женщина подняла молоток, я выкрикнул какое-то имя и бросился к ней.

Если бы она была зрячей, то, скорее всего, все-таки помедлила бы и обернулась и я бы успел спасти ребенка, но слепая жрица медлить не стала.

Каменный молоток с силой расколол голову девочки, и мозг ее разлетелся по алтарю.

Именно в это мгновение я и увидел Великую Мать – старуху раза в два ниже меня ростом. Склоняясь над плечом жрицы, она мочила пальцы в кровавой луже. Да, то была она, Великая богиня, но какой же дряхлой она казалась! Безумная отвратительная старуха в рваном хитоне, сером от пыли. Если б я не был обязан Кердону жизнью, ни за что не стал бы к ней прикасаться! Я уже хотел убежать, но тут что-то ударило меня по голове, и я упал на землю.

Подняться я не успел – сотня людей окружила и оседлала меня. У некоторых в руках были обыкновенные палки, подобранные в лесу; другим оружием служили собственные кулаки и пятки. Один из людей вдруг крикнул, чтобы остальные отошли в сторону, и вскинул мотыгу. Меня отпустили, потом вдруг все повернулись и бросились прочь, причем с такой скоростью, словно спасались от смерти. Я пнул раба с мотыгой под колено и еще добавил ему кулаком так, что он упал.

И тут я увидел, что из-за деревьев появились спартанцы, уже успевшие построиться в необычайно ровную колонну, точно на плацу, и державшие копья наперевес. Я подхватил с земли мотыгу и убил ею того, кто так же хотел убить меня. Таким образом, я, можно сказать, вооружился, причем лучше, чем мог ожидать.

И только тут я догадался, что остальные-то богини не видят! Какой-то человек между тем взял ее за руку и повел прочь; ему помогала зрячая жрица. Тот, что вел богиню за руку, был виден сквозь нее, как бывает виден огонь в клубах поднявшегося над ним дыма.

— Я не пью крови, смочившей железо, – проговорила Великая Мать.

Я хотел было объяснить ей, что убил человека, отнюдь не принося ей жертву, но тут на меня сзади налетела Дракайна:

— Хвала Охотнице! Я уж думала, они тебя убили!

— Как ты сюда попала? – спросил я. – Ты что, следила за мной?

Она покачала своей хорошенькой головкой, и сережки ее сверкнули в лунном свете.

— Я пришла со спартанцами. Или, точнее, привела их сюда. Я-то сумела отыскать тайное святилище – и тебя, Латро, – а вот они нет!

Нас окружили спартанцы. За исключением мертвого мужчины на земле и мертвой девочки на алтаре, все остальные последователи культа куда-то исчезли. Исчезла и сама богиня, хотя я по-прежнему слышал ее старческий надтреснутый голос: она скликала в дубовой роще своих подданных.