Книга Путь Скорпиона, страница 223 – Павел Волчик

— Я у себя всех бродяг принимаю, – ответили голоса из толпы. – Ты это знаешь?

Тишина. Такая долгая, что кто-то хихикнул.

И снова голос из-за сцены:

— Я это знаю.

Зрители взорвались рукоплесканиями, свистом и криками. Ахти замер на ветке, всё в груди сжалось в ожидании представления. Он мельком взглянул на лица своих друзей: Иви и Мур улыбались и не спускали глаз со сцены.

Гулко ударил барабан. Раз, другой. Забил мерно, ритмично. К нему присоединилась звонкая ман-дора. Заголосила дудка.

— Танец Розы, – шепнула Иви и сжала кулачки.

— Смотри с дерева не рухни, – ответил Ахти и сам едва не упал, когда на канатах появилась стройная розовая фигурка.

Танец Розы… Сложно было простому уму Ахти, не любящему звонких метафор, найти подходящие слова, чтобы описать то, что он видел, чтобы постичь ту красоту, которую вызывали плавные, но сильные движения переодетой в трико Рузиль.

И всё-таки ему было с чем сравнить этот танец. С безумным галопом на спине лошади, когда ветер холодит лицо. С молчанием зимнего леса, когда в глубине чащи гулко стучит дятел. С пожаром, который бушевал в «Мамочкином приюте». С холодной гладью озера, по которому скользит лодка. С вихрем, что чуть не перевернул лодку на реке. Со смертельной скачкой кулкури, разящих мечами врагов. И с живой трепещущей розой, пробивающейся сквозь камни развалин и распускающейся навстречу утреннему солнцу…

— Мальчики, – толкнула его плечом Иви, – дышать не забывайте.

Ахти с трудом перевёл взгляд на лицо Мура и увидел там своё отражение: раскрытый рот, блестящие от восторга глаза.

— Она будто летает по воздуху! – прошептал он.

Фигурка Рузиль взмывала вверх, на канаты, удерживала равновесие на головокружительной высоте и скользила вниз по тонким лентам. Но и на земле её танец продолжал проникать в души зрителей. Они смотрели, и их лица горели надеждой.

И когда барабаны забили так часто, что зашлось сердце, а танцовщица быстро закрутилась, толпа начала скандировать «Ру-Ру! Ру-Ру!» и считать: «Раз, два, три, четыре…»

Она кружилась и, казалось, такой скорости не могла выдержать ни одна живая душа. Сейчас она упадёт! Рухнет с края сцены!

Но тело Рузиль не знало усталости.

«Тух-тух!» – в последний раз пробасил барабан. И всё смолкло.

Ру-Ру прошла по прямой три быстрых шажка и прыгнула в толпу.

Навстречу поднялся лес рук. Розовая фигурка словно нырнула в волны, но не утонула – замерла на поверхности. Зрители ликовали, свистели, смеялись.

Бережно девушку опустили, и она скрылась в толпе.

А на сцену под раскатистые удары медных тарелок начало подыматься чудо-юдо. Были у него и копыта, и длинные уши, и даже бычьи рога и пёстрая грива.

На переодетом осле восседал Ориоль, босоногий, в своей телогрейке из овчины, с деревянной короной на голове. В одной руке – тыква, в другой – деревянная булава.

Не дойдя и до половины наклонного помоста, осёл остановился. Ориоль, не теряя величавого вида, ударил пятками по бокам животного. Осёл не сдвинулся с места.

В толпе раздались смешки.

Ориоль снова попытался сдвинуть осла с места тычками – тот осклабился и крикнул.

Тогда Ориоль свистнул, и на сцену поднялся Зубрик в тунике без рукавов. Его оголённые руки напоминали перекрученные корни столетнего дуба. Просто стоя на земле, он был выше всадника.