Книга Четыре месяца темноты, страница 114 – Павел Волчик

Она отгоняет эти мысли, как дурман. За окнами быстро темнеет. Уже черно в пять, а скоро ночь поглотит еще один дневной час.

«Переживу ли я еще одну зиму?» – сказала шепотом Маргарита Генриховна. И собственный голос, как чужой, ответил:

«Каучуковой Даме ничего не страшно. От нее все отскочит».

Она смотрела на огромное голое дерево с глубоким черным дуплом в середине ствола. Почти все ветки на дубе были лишены коры, и от этого казалось, что дерево закатало рукава на своих руках-ветвях. Оно было жутким и сказочным. Черная пещера в его теле пела и звала:

«Приходи и спрячься от всех, маленькая землеройка!»

«Это идеальное место, где никто меня не найдет», – думала девочка. Но сажа может испачкать ее одежду. Ну и что! Она и так надела сегодня тонкую черную кофту, почти как у Ангелины. Да и прятаться ей не нужно. Подруга защитит ее от врагов.

— Умирающий великан, – сказала девочка вслух.

— Пф-ф-ф, – ответила Ангелина, – это дерево давно умерло.

— Что это с птицами? Ты видела когда-нибудь столько птиц?

— Вороны глупые. Они нашли удобное дерево и не могут поделить его между собой.

Моросил дождь. От дождя волосы Ангелины повисли и потемнели, как ржавое железо. У Любы ее соломенная копна как будто совсем не мокла, только маленькие капельки блестели повсюду, словно россыпь жемчуга.

Девочка стояла как вкопанная. Она часто ходила домой через парк, но перед ней никогда раньше не открывалась такая страшная и завораживающая картина.

Над голым деревом кружили черные стаи, а над ними, в небе, на фоне грузных свинцовых туч сияла радуга. Разноцветная полоса уходила краем туда, где начиналась река. Река же впадала в залив. Любе захотелось взлететь и посмотреть – что там дальше?

Она сделала шаг по мокрой траве. Ангелина шла дальше, не отрываясь от своего смартфона, который время от времени издавал звонкий сигнал, означающий новое сообщение.

— Филя опять написал. Зовет к себе. Говорит, родителей не будет до позднего вечера.

Когда Чайкина говорила Любе о своем молодом человеке, та всегда с интересом слушала. Ангелина умела рассказывать так, что девочка сразу чувствовала себя намного взрослее. Ей казалось, что эти разговоры делают ее старше и увереннее. Но в последнее время везде – в столовой, под лестницей или в туалетах, где они прятались от чужих глаз и ушей, – Ангелина только и говорила, что о своем Филе, на что он готов ради нее и как целовал ей колено.

Почему-то сейчас Любе не хотелось слушать эти рассказы. Ей хотелось побегать и порезвиться под дождем. Пойти посмотреть старое дерево. Но Ангелина всю дорогу смотрела в телефон и разговаривала вслух сама с собой.

Землеройка вдыхала запах осенней пожухлой мокрой травы. Она ступила и услышала, как травинки, покрытые льдом, захрустели под ее ногами. Только в Городе Дождей, когда с неба падает вода, под ногами может быть лед.

Ангелина обернулась:

— Ты ведь не собираешься туда, в эту мокроту? Ты вообще слушаешь меня?

— Слушаю, – грустно вздохнула девочка.

— Тебе что, неинтересно со мной? Так и скажи.

Чайкина развернулась и быстро пошла по парковой дорожке.

— Ангелина, стой. Ну, не обижайся опять!

— Я тебе доверяю свою личную жизнь, а ты пялишься на мертвое дерево.

— Прости меня.

— Ладно, – девушка опустила длинные охряные ресницы. Подведенные в уголках глаз линии медленно смывал дождь, отчего лицо становилось круглее. Она провела ладонью по лицу, как умывается дворовая кошка, повернулась и промурлыкала: – Я волнуюсь, потому что он ничего не должен получать просто так. Как ты думаешь, может, попросить его подарить мне новые украшения?