Книга Четыре месяца темноты, страница 241 – Павел Волчик

— Ты серьёзно?

— Угу.

Девочки пошли медленнее. Любе начало казаться, что в высокой сухой траве может притаиться кто угодно, и она остановилась, словно онемев внутри.

— Не бойся, – сказала Надя, хотя сама раскраснелась и чаще стала выпускать облачка белого пара. – Это всё сказки.

Она тревожно огляделась.

— Но на прошлой неделе… Наша соседка видела недалеко отсюда медвежонка… Вот, смотри! – Надя указала на чёрную кучу, оставленную косолапыми.

Любе захотелось сбежать, но стало стыдно.

Они подошли к одному из деревьев. На нём совсем не было листьев. Только яблоки, румяные, гладкие, всё ещё висели на ветвях.

— Хочешь попробовать?

— Они, наверное, испортились.

— Вот ещё! В такой мороз!

Надя сорвала холодное яблоко и с громким хрустом откусила. Люба последовала её примеру.

Рот наполнился свежей сочной мякотью. Такого вкусного ароматного яблока Люба ещё никогда не пробовала. Она и не заметила, как съела его целиком.

Девочки начали зябнуть. Небо светлело.

— Бабушка говорит, что самое холодное время перед рассветом.

— Она – образованный человек, – сказала Люба, стуча зубами. – А что там дальше, по дороге?

— Не помню.

— Ты что, никогда не ходила туда?

— Только однажды. Когда д-дедушка и папа были живы.

Люба пошла первой.

— Тебе не с-страшно, что придёт Царица зверей? – спросила Надя.

— Нет, я видела зверя во сне и убежала.

Они пошли по заросшей дороге, ожидая, что кто-нибудь из них испугается первой и пойдёт обратно, но ни одна не хотела уступать.

Так они шли минут двадцать, пока путь не потерялся в заиндевевшей траве.

— Я никогда ещё не видела, что у дороги бывает конец, – взволнованно проговорила Люба. – Что это? Не может быть…

Над лесом медленно вставало солнце. Расплавленный янтарь обволакивал верхушки деревьев и стрелял лучами между веток.

Надя рассмеялась:

— Чудная! Ты никогда солнца не видела?

— Ты не понимаешь. В городе его нет уже несколько месяцев…

Жёлтый переливающийся круг рос на глазах.

Люба закатала рукава и сняла шапку. Соломенные пряди рассыпались по плечам.

Бледная, усталая кожа жадно впитывала медовые лучи. Тепло! Тепло!

Люба захохотала и запрыгала от счастья. Надя, не зная почему, присоединилась к ней.

— Смешные вы, смешные! – весело кричала она. – Приезжайте к нам – будет вам солнца сколько хочешь!

Когда они вернулись с мокрыми ногами и разрумяненные, оказалось, что на двор привезли дрова. И несколько часов Люба с отцом перетаскивали их в сарай.

Потом время полетело быстро и увлекательно.

В первой половине дня девочки бежали в какое-нибудь новое секретное место: к старой мельнице или заброшенной ферме – либо играли с кроликами, которых держала Надина бабушка. Вечерами в тёплом доме Надя учила Любу вязать или они вместе лежали на печке, а бабушка читала им книги.

Даже с отцом Люба теперь общалась почти без слов, и это не смущало её. Он только показывал головой, а она уже несла ему молоток или полотенце и мыло. Она только раз забыла закрыть заслонку. И посреди ночи пришлось топить печь, но наутро папа её за это ни разу не упрекнул.

Однажды вечером он принёс в дом ведро воды из колодца и, поставив его на пол, сказал:

— Собирайся. Завтра едем обратно.

Девочка посмотрела на него удивлённо:

— Разве неделя уже прошла?

Папа не ответил. Только вода в ведре с кусочками льда медленно расходилась кругами.