Книга Полудницы, страница 157 – Павел Волчик

У него раскалывалась голова. Женщина тоже схватилась за голову, пропуская длинные пальцы сквозь грязные волосы.

— Что с тобой? Что случилось?

Она быстро приблизилась – Дэн отшатнулся. На мгновение ему показалось, что человек не может двигаться так быстро.

Но она направлялась не к нему. Мать села на колени и протянула руки к контейнеру. Ногти заскребли по пластику.

— Не могу, – плаксиво протянула она, – открыть-открыть! Не помню, как. Мне нужно. Нужно!

— Что тебе нужно? – промямлил Дэн, чувствуя, как подгибаются ноги.

— Там! – взвизгнула мать, колотя кулаком по крышке. – Там. Пить. Дай мне!

Она со злостью толкнула контейнер к его ногам.

— Дай! – громко крикнула она. И эхо от ее голоса зазвенело над потолком.

— Хорошо, хорошо! – Дэн показал раскрытые ладони, сел на колени перед контейнером, постучал по пластику.

— Зачем тебе это? – спросил он, ощупывая крышку и отыскивая замок.

— Дай… – глухо повторила она чуть ли не с рычанием, не своим, не человеческим голосом.

Такой он никогда ее не видел: глаза выпучены, лицо перекошено от ярости. Дэн вообще засомневался, что это его мать. Хозяйка склепа опустила голову, забубнила что-то себе под нос.

Парень тихонько приоткрыл крышку, увидел колбы с темной жидкостью, закрепленные в специальных дужках, чтобы не разбились, и тут же захлопнул контейнер.

Она услышала щелчок замка и уставилась на него немигающим взглядом. Дэн поднялся, крепко прижимая контейнер к груди.

— Сейчас я открою. Потерпи. Замок заело, – он пытался говорить ласково, но его голос предательски дрожал.

— Даня… – проворковала она, медленно приближаясь, – Данечка…

Ее била сильная дрожь. Он вздохнул, чудовищным усилием сдержал подступившие слезы. Что, если ей можно помочь? Что, если она не свихнулась?

Он уже открыл было рот, чтобы рассказать ей о том, как ждал встречи с ней все эти годы, но тут заметил нечто странное: ее плечо на миг погрузилось в столб света, а когда опять очутилось в тени, кожа слабо засветилась, словно впитала в себя лучи.

— Ты… Значит, ты полудница?!

Он попятился. Она нахмурилась, сжала зубы и пошла на него. Парень услышал, как шлепают по камню ее босые стопы. Он отпрыгнул в сторону, и она вновь погрузилась в световой столб – левая половина лица зажглась жутким огнем.

Дэн ударился спиной о стену, оказавшись в тени. Под ногами захрустела отколовшаяся от древних стен каменная облицовка.

— Дай! – проревела она.

— На!

Он быстро нагнулся и швырнул кусок отколовшейся плитки в темноту. Как ни странно, полудница купилась на этот дешевый фокус и отвлеклась на шум.

Дэн рванул к выходу, отбивая ногами дробь. Если древние ворота заклинит – ему конец. Он сжался, ожидая, что пылающая рука вцепится ему в волосы. Проскользнул в проем и навалился плечом на тяжелую дверь. Вовремя. В щели мелькнуло искаженное от ярости лицо. Ногти скрежетнули о металл. Парень нащупал ржавую задвижку и, пыхтя, сдвинул ее, прижался лбом к холодной стали, сполз на пол, обессилев от ужаса.

Опомнился он от жуткого завывания, послышавшегося изнутри зала. Парень нырнул в темноту, побежал вслепую, не вытягивая рук, на везение.

Дыхание быстро сбилось, он остановился, согнулся пополам.

«Никогда, никогда больше не буду верить снам. Никогда не пойду в то место, которое мне снилось. Никогда никуда не пойду один! Только бы выбраться, только бы успеть…».