Книга На крыльях крови, страница 131 – Брайер Болейн

— Архонта? – Я удивленно подняла брови. – Ты имеешь в виду Блейка?

— Блейка, да. Или Кэтрин. Она архонт своей триады. Или будет. Архонт может быть мужчиной или женщиной, – объяснила Флоренс.

— Это нелепо, – простонала я, подперев рукой подбородок. – Я ни за что на свете не собираюсь… – Я взглянул на Навина и увидел, что он покраснел. – Вы поняли, что я имею в виду. Я не собираюсь проходить через все это, тогда какой в этом смысл?

— Медра, я знаю, ты ненавидишь Блейка. И ненавидишь Реган не меньше. Но дело не только в твоих предпочтениях, – мрачно произнесла Флоренс. – Я просто не понимаю, как можно бросать вызов Виктору Драхарроу, даже если ты хочешь. Если тебя это как-то утешит, хотя я знаю, что ты не хочешь этого слышать, но ты находишься в чрезвычайно влиятельном и привилегированном положении во многих отношениях. В таком положении, которое вызывает зависть полукровок. Но поскольку я знаю, что для тебя дело не в статусе, имей в виду, что речь идет о твоем выживании.

Навин кивнул.

— Именно это нас с Флоренс и беспокоит. Что бы ни случилось с Блейком, ты – первокурсница. Ты видела, как они к нам относятся. Тебе придется пройти через Игры Консортов. Каким-то образом.

Я мысленно вернулась к тому дню в Черной Крепости. Я медленно подняла левое запястье и задрала рукав своего серого свитера ровно настолько, чтобы появилась отметина.

— Это метка от церемонии соединения? – тихо спросила Флоренс, глядя на красную отметину в виде капли.

— Больше похоже на клеймо рабства, – с горечью сказала я. – Жаль, что я не могу от него избавиться. Стереть, как чернила.

Лицо Навина было встревоженным.

— Но это не чернила, Медра. Теперь ты часть этой триады, несмотря ни на что.

— Как вы думаете, у Реган такая же метка? – спросила я, внезапно заинтересовавшись. Я никогда раньше об этом не думала.

Флоренс покачала головой.

— Нет. Твоя – это нечто другое. Я никогда раньше такого не видела. Ты сказала, это сделал Виктор?

Я кивнула.

— Он пометил и Блейка. Он произнес несколько слов. Почти как заклинание. – Они еще напомнили мне о браке.

«Связанное – нерасторжимо».

Я вздрогнула, гадая, какую магию в этом задействовали. Должен же быть какой-то способ все исправить. Это была помолвка, напомнила я себе. Мы не женаты. Пока. Виктор Драхарроу сказал, что метка – только начало. Я отказывалась принимать – отказывалась верить, – что я должна каким-либо образом оставаться связанной с Блейком или Реган.

Может быть, убийство Блейка разорвало бы нашу связь, шепнул назойливый голос у меня в голове.

Это была не такая уж и плохая идея. Возможно, это единственный выход.

Я подумала о пушистике. О том, как Блейк был готов отнести его к целителю. Итак, у этого человека было одно незначительное достоинство, которое его оправдывало. Он не испытывал ненависти к животным.

Особенно к маленьким и симпатичным.

Этого было недостаточно, чтобы сделать его по-настоящему сносным. Или стоящим того, чтобы его не убивать. Да?

— Тебе следует расспросить Родригеса обо всем этом, – проговорил Навин.

— Профессора Родригеса? – Я нахмурилась. – Ты даже не ходишь к нему на занятия. Я не думала, что ты его знаешь.

— Все знают Родригеса. Он самый нетерпимый по отношению к высокородным, и все же он по-прежнему краеугольный камень «Кровавого крыла», – сказал Навин, ухмыляясь.