Книга На крыльях крови, страница 207 – Брайер Болейн

Я хотел залить кровью Кейджа весь пол бального зала. Но я не мог. Не здесь. Не на глазах у всех. Тем более что я знал, что Пендрагон воспримет это как признак слабости.

Я жестом попросил бармена еще один бокал кровавого вина, пытаясь подавить свою ярость.

— Ты ступаешь на опасную почву, Танака. Наслаждайся ночью, пока она длится.

Я глубоко вздохнул, когда Кейдж ушел.

Мне просто нужно было пережить остаток ночи. Слишком многое было поставлено на карту, нельзя сейчас все испортить.

Каким-то образом я дожил до полуночи, не задушив Кейджа и не швырнув его через весь зал. На самом деле это было чудо Ледяного огня, не иначе.

Я наблюдал, как часы приближаются к двенадцати. Когда пробьет полночь, начнется Вальс самой длинной ночи.

Я стоял у края танцпола, наблюдая, как готовится оркестр. Архонтам полагалось танцевать с одним из своих консортов. Этот танец предназначался исключительно для высокородных. Несмотря на то что я официально не приглашал Пендрагон на бал, Кейдж ни за что на свете не стал бы претендовать на нее во время Вальса самой длинной ночи.

Заметив Пендрагон возле чаши с пуншем, разговаривающую со своей подругой, тихой темноволосой девушкой, Флоренс, я одернул пиджак и направился к ней.

Когда я подошел, то не стал тратить время на любезности.

— Потанцуй со мной, – прямо сказал я, протягивая руку.

Я видел, что она колеблется и хмурит брови. Я застал ее врасплох. На краткий миг я увидел, как на ее лице промелькнуло желание отказаться.

— Этот танец для архонтов и их консортов, – натянуто произнес я.

По сути, я приказывал ей. Но мне было все равно. Я ни за что не стал бы танцевать с Реган.

Возможно, она не хотела устраивать сцену. Особенно, учитывая, что весь бальный зал наблюдал за нами.

— Хорошо, – сказала Пендрагон, вкладывая свою руку в мою. В ее голосе явно не было энтузиазма.

И все же я чувствовал себя победителем, когда повел ее на танцпол как раз в тот момент, когда свет погас.

Этот танец был чтимой веками традицией. Способ завершить самую длинную ночь в году и отпраздновать укрепление связей для грядущего года.

Я крепко схватил Пендрагон за талию, притягивая ее чуть ближе, чем это было необходимо, и ощутил облегчение, когда она не стала сопротивляться.

Я хотел, чтобы она почувствовала мое присутствие. Чтобы знала, что я здесь, с ней, ради нее – больше, чем Кейдж или кто-либо другой.

— Знаешь, – начал я, пока мы скользили по полу. – Говорят, что с тем, с кем ты танцуешь самый длинный вальс, в наступающем году тебя будут связывать тесные узы. Изначально это была традиция смертных. Немного сентиментально, но довольно романтично, тебе не кажется?

Неужели я действительно говорил это? Часть меня хотела дать себе пощечину. Но я решил рискнуть. Шанс выглядеть полным идиотом.

Пендрагон ответила не сразу. Ее взгляд был устремлен куда-то поверх моего плеча, как будто она старалась не встречаться со мной взглядом.

Я почувствовал, как меня охватывает разочарование, когда молчание затянулось. Это значило больше, чем могло показаться. Похоже, ей было все равно.

Когда она наконец заговорила, ее голос звучал холодно:

— Блейк, первую половину года ты обращался со мной как с дерьмом. Я сомневаюсь, что в новом году это внезапно изменится только потому, что мы танцуем.