Книга Костер и Саламандра. Книга 3, страница 145 – Максим Далин

— Мы увидимся, – сказала я. – Мы совсем скоро увидимся, парни.

Улыбнулась им, как смогла, и взяла Илька за руку, погладила кости и металл ладони под перчаткой.

— Храни вас Бог, леди, – сказал Ильк. Кажется, он сильно смутился.

— Ага, – сказал Гинли. – Храни вас Бог.

Солар ничего не сказал, только сделал тот жест, каким гвардейцы изображают военный салют для гражданских – вскинул руку к воображаемой фуражке, уже давно, видимо, потерянной. Они так и стояли втроём, смотрели, как мы с Тяпкой перепрыгнули через огненную черту защитного кольца. По-моему, они всё-таки боялись за меня.

Я подошла к дверям. От них тянуло жаром формул, будто они были написаны огнём, а не мелом и кровью.

— Видали, милая леди, какая умственность! – гордо сказал Ричард. – Знайте наших: это мессир адмирал передал мессиру Валору. Полную, понимаете, тетрадку. А кой-что – дедушка Грейд: в библиотеке Иерарха, говорит, нашёл. Запретное знание, очень древнее. Только и осталось, что у вампиров и у святых отцов, да те под замком хранят.

— Защита от демонов? – спросила я и подумала: дедушка Грейд, надо же!

— Ага, – улыбнулся Ричард. – Вроде клетки.

Когда общаешься с фарфоровыми бойцами – улыбок не хватает. Единственное, чего не хватает, – улыбок. И я вспомнила, как улыбалась фарфоровая Вильма, как ей пилили лицо, чтобы она могла улыбнуться… Тоска как ножом резанула: я не видела её несколько дней, а казалось – несколько лет…

И пришлось себя пнуть. Ты чего расклеилась, Клешня! А работать кто будет? Тяпка?

Помогло. Злость вообще хорошо помогает.

Ричард распахнул передо мной дверь – и из двери пахнуло таким…

Адской серой. Ржавым запахом крови. Мертвечиной. Казармой. И моднющими духами «Сердце Сумерек», перелесскими, из драгоценных ароматических масел с Чёрного Юга. Восемь червонцев за флакончик, флакончик на столике Мельды… Ланс…

— Леди, вы точно не ранены? – спросил Ричард.

— Нет, – буркнула я. – Цела я. Что-то здесь такое есть… вытаскивает изнутри больное, тяжёлое, будто нарочно.

— Так гадина же! – удивился Ричард. – Тем и кормится.

На первом этаже, где был пост дежурного и, наверное, офицерский салон, по-моему, прошёл жестокий бой. Они тут устроились уютно, даже шторки на окнах висели плюшевые, – но всё, что можно, превратилось в обломки, в стенах зияли дыры, а в холле перед лестницей на второй этаж, похоже, взорвали гранату. Ноги прилипали к полу, залитому кровью, и на сбитой ковровой дорожке валялась оторванная кисть фарфорового бойца, как случайно потерянная вещица. На первом этаже никого живого не было, зато у лестницы дежурил юный вампир в золотых очках и форме офицера-медика Перелесья.

— Ой! – обрадовалась я. – Эглин!

— Счастлив быть узнанным вами, прекрасная леди Карла, – сказал Эглин. – Разрешите доложить: в зоне моего поста – ни живых, ни мёртвых. А пленные – на втором этаже, в столовой.

— Пленные? – на миг удивилась я, но тут же вспомнила. – А! Тот охранник, который предоставил кровь якобы добровольно?

— Не убудет с него, – хмыкнул Ричард. – Здоровенный боров. Но не он один. Там парни Трикса ухитрились словить некроманта из штатских. Остальных-то, если и были, вон, во двор снесли, а этот уцелел. О нём мессир Валор сказал, что важная птица.

И тут Дар вдруг окатил меня с ног до головы парным теплом, с детства знакомым, уютным: Валор сбежал с лестницы.