Книга Костер и Саламандра. Книга 3, страница 84 – Максим Далин

— А как ваша сестрица? – спросила я. Голос сорвался, я кашлянула. – Теола?

— Бог знает, – Авис чуть повёл широченным плечом. – Дома-то нет, угли этакие чёрные, жирные… а был ли кто дома, успел ли сбежать или там сгорел – этого я не знаю. Сам не видел, и не рассказал никто. Такая заваруха была…

— Он из Жемчужного Мола выбирался с беженцами, – сказал Клай. – Защищал кого мог… стрелять-то не умеет, святой человек. Кормить-поить-греть – дело другое. Сначала прибились к партизанам каким-то, а потом его доставили в регулярную часть. Мог бы в столицу уехать. Не захотел. Теперь наш капеллан, видишь… У него рекомендации блестящие.

— Ай! – сказал кто-то сзади и снизу.

Я оглянулась – и увидела в тёмном углу две зелёные светящиеся пуговицы. Тяпка дёрнулась понюхать, но я остановила её жестом. Тяпка с некоторой досадой села у моей ноги.

— Ишь ты, – сказал Авис, снижая голос, насколько возможно. – Пискля пришла. Пискля, иди сюда, малюточка…

Довольно-таки тощая кошка вошла в освещённое лампадами пространство и принялась обтирать Авису ноги. Он погладил маленькую кошку ладонью, громадной, как лопата.

— Я сейчас, дети Божьи. Вишь, Пискля пришла, голодная – у неё маленьких пятеро, в сарае, в ящике из-под снарядов…

Авис ушёл в свою крохотную кухоньку, и Пискля ещё разок сказала ему: «Ай!» – а Тяпка не удержалась, потянулась и понюхала воздух рядом с кошкой. Кошка фыркнула, но не особенно сурово.

— А откуда молоко, святой человек? – спросил Клай. – От драконов?

— Принесли маленько, вестники Божьи, – сказал Авис, ставя кошке блюдце. Погладил Тяпку по костлявой спине. – Я им рассказал про кошку-то, что котята у неё… И тебе бы дал, добрая ты собака, так ты ведь небось и не можешь пить молоко-то…

И Тяпка полезла к нему лизаться, как к своему.

— Наставник Авис, мне с вами тоже надо поговорить, – сказала я. – Я весточку привезла, от Преподобного Грейда.

Авис улыбнулся в бороду:

— Жив, значит, старик! Ну и слава Богу! Он прозорливый, дурного не посоветует… хорошо.

Был рад слушать – и я ему выложила всё по порядку, как Грейд велел расписать для полковых капелланов. Ещё и от себя прибавила: чтобы на моторы – да и на пушки, чего уж! – наносили защитные звёзды, кроме обряда освящения храмовой утвари. Звёздочки не помешают, даже если и не помогут.

Авис слушал и кивал:

— Это всё верно, это Преподобный дело говорил.

Между тем синее оконце хижины-часовни стало совсем чёрным. Сумерки превращались в настоящую ночь.

— Мне надо позвать Ричарда, – сказала я.

Как будто было слегка неловко обращаться к вампиру при Ависе: всё-таки кровь – а в Ависе виделось что-то особенное… Как детское… но я вовремя вспомнила, что он закалывал штыком серых гадов. Кровью его точно не испугаешь, подумала я, – и Авис словно на мысли ответил:

— Так Клай это зеркало тут и поставил для наших вампиров. Чтобы, значит, разговаривать – и чтобы выходить на их пути, что не от мира сего. Отчего же не позвать Ричарда…

И Клай остановился посмотреть – поодаль. Будто собирался кинуться мне на помощь, если что. Но я была уверена: Ричарда стоит только увидеть – и всё будет ясно.

Я даже не резала клешню по-настоящему, так, слегка проколола ладонь. Я знала, что уж Ричард-то и так услышит – он и услышал.

Махнул через раму. Вошёл – и будто стало немного светлее, даже лампады разгорелись чуть поярче. И Тяпка немедленно кинулась к нему обниматься – и я тоже была не прочь кинуться.