Книга Фарфор Ее Величества, страница 210 – Максим Далин

— И я, — сказала Карла. — Я против.

— Расскажите, мессир адмирал, — сказал я. — Вместе прикинем.

Олгрен окинул меня оценивающим взглядом.

— Хорошо, — сказал он медленно. — Идея Ричарда не выдерживает критики. Хотя бы потому, что душу дева не донесёт, но если ей даже и удастся — вы не сможете провести обряд на Зыбких Дорогах. И никто не сможет. Говорю, полностью отвечая за свои слова: там опасно даже молиться — всё равно кому. Там и мысли могут нарушить баланс, а слова порой его нарушают… такого рода действия я могу расценивать только как особенно извращённый способ самоубийства. Я там походил… хорошо себе представляю.

— Ясно, — сказал я. — Понял. Но тогда какой же выход?

Олгрен мрачно усмехнулся.

— Кто-то мне говорил, что вы ухитрились найти Нагберта через зеркало?

Мы с Индаром переглянулись. Никто ему сказать не мог: никто, кроме нас, просто не знал. Но метод поиска связан с Зыбкими Дорогами — старый демон, видимо, учуял сам.

— Так? — переспросил Олгрен.

— Да, — сказал я. — Мы искали.

— Значит, зеркало в Приюте Туманов есть, — удовлетворённо подытожил Олгрен.

— Намертво закрытое от вампиров, — сказал Ричард.

Олгрен тронул его плечо, останавливая.

— Много всякого мы взломали, что было закрыто от вампиров, — сказал он. — Где не пройдёт дитя ночи, там ты пройдёшь, Клай. Пройдёшь в замок, найдёшь калеку и вытащишь через зеркало. Не в Прибережье: у вас не будет времени. В Резиденцию Владык — или ещё куда-нибудь, где найдёте открытый путь. Дева из свиты Ричарда говорит, что у калеки сильный Дар, у тебя хороший Дар, вы согреете друг друга на минуту-две. Вот так я это вижу.

— А давайте лучше прикончим Клая прямо здесь, мессир Олгрен! — радостно сказал Индар. — Чище, быстрее, хорошая компания — ему будет намного приятнее. Да и к чему время терять!

Я не выдержал, хохотнул. Почему-то было дичайше смешно. Но Карла посмотрела на меня укоризненно и сказала Олгрену:

— Между прочим, Индар прав ведь. Это совершенно безнадёжное дело.

— Тем более что калека — не единственный отпрыск Нагберта, который годится в жертву, — сказал Индар. — Есть ещё официальный наследничек, Дингр, постарше калеки, с заметным следом Дара, без видимого клейма. Наверняка есть какой-то изъян, но не бросается в глаза. По-моему, отличная жертва, если вдруг калека пропадёт.

— Вот! — воскликнула Карла и показала на Индара пальцем. — Вот послушай!

Олгрен сделал этакое скептическое движение углом рта — вроде незаконченной кривой ухмылки.

— Проясним картину. Имеется калека, я бы сказал, знакомый аду, обещанный. Явно дитя хаоса. Без судьбы. С настолько сильным Даром, что Нагберт замкнул его татуировкой, как порой делают южане, и с таким клеймом, что оно мешает нормально жить. И вы, Индар, предполагаете, что это идеальное оружие можно заменить здоровым парнем с еле намеченным Даром, без видимого клейма и с явственной судьбой? Да ещё и принадлежащим Предопределённости, возможно? Это наивно. Нет, несомненно, нет меча — отбивайся поленом, но, мне кажется, вооружённый поленом воин сильно теряет в эффективности.

— Вы полагаете, ему нужен именно калека? Именно, конкретно? Так? — спросил Индар.

— Несомненно, — сказал Олгрен. — Я поговорил с этой девой. Мальчик крайне интересный. И жив он, я думаю, именно потому, что Нагберту понадобится колоссальная концентрация силы. Калека — его резерв. Ни другие дети, ни наследник такого выброса мощи не дадут, даже не сомневайтесь… нет, конечно, что-то Нагберт и с Дингра наскребёт, но несравнимо. Капля и море.